Фамилия Лаушин — из числа тех, что хранят в себе сразу несколько возможных историй. В основе лежит прозвище Лауша, которое, скорее всего, указывало на занятие или характер человека. Одна из версий ведет к диалектному слову «лаушка» — так в курских говорах называли взятку, магарычи или поборы. Лаушей могли прозвать дельца или сборщика податей: прозвище указывало на недостаток, дурную привычку, а не на доблесть.

Вторая гипотеза уводит на северо-запад. Лауша могла быть уменьшительной формой от прозвища Лаута, которое связывают с финским lauta — «доска». Отсюда два пути: либо прозвище дали высокому и худому человеку (как доска), либо оно относилось к ремеслу. Глагол lautata означает «перевозить», поэтому Лаутой (а затем и Лаушей) могли назвать плотника, лодочника или извозчика.

Есть и третий, эстонский след. В эстонском языке lauta — это «хлев». Если прозвище пошло отсюда, то основатель рода Лаушиных мог заниматься скотоводством. Какую из версий считать главной — вопрос географии предков. Финно-угорский корень (финский или эстонский) выглядит убедительнее курского «лаушки», хотя полностью исключать диалектную основу нельзя. В любом случае, суффикс -ин указывает на принадлежность: потомок человека по прозвищу Лауша со временем стал Лаушиным.