Фамилия Лебдев — редкий случай, когда ошибка в написании закрепилась как полноценная фамилия. В русских говорах, особенно на северо-западе, «лебёдка» (от глагола «лебезить», «лебедиться») означала не птицу, а льстеца, подхалима или суетливого человека. Прозвище Лебеда или Лебёдка давали тому, кто угодничал перед начальством или излишне суетился. Но при записи в документы XVII–XVIII веков писарь мог не расслышать мягкого знака или перепутать с фамилией Лебедев, и на свет появился вариант Лебдев.

Словообразовательная модель здесь простая: основа «лебд-» (усечённая от «лебед-») плюс суффикс принадлежности -ев. По правилам русской ономастики, суффикс -ев присоединялся к основам на мягкий согласный, и если бы исходное слово было «лебедь», получился бы Лебедев. А вот «лебда» (диалектная форма от «лебеда» или «лебёдка») даёт именно Лебдев. Это ключевое отличие от массовой фамилии Лебедев, которая происходит от названия птицы.

Географически фамилия Лебдев встречается точечно, преимущественно в Вологодской и Архангельской областях, где диалектное слово «лебда» было в ходу. В центральных губерниях её почти нет. Это не крестьянская фамилия в классическом смысле — скорее, прозвищная, возникшая в среде посадских людей или дворовых, где острота языка и подобострастие замечались и закреплялись.

Спорных версий практически нет: связь с «лебедой» (растением) маловероятна, так как от неё образовалась бы фамилия Лебедин или Лебедкин. А вот сближение с тюркским корнем (например, «леб» — губа) натянуто и не подтверждается ареалом. Так что Лебдев — это живая иллюстрация того, как одна буква, потерянная при записи, создала отдельную фамилию с собственной историей.