Фамилия Лебензон — один из тех случаев, когда на стыке языков рождается неоднозначность. Первое, что бросается в глаза, — суффикс «-зон», типичный для ашкеназских еврейских фамилий. Он означает «сын» (аналог немецкого -sohn), так что Лебензон — это буквально «сын Лебена». Вопрос упирается в то, что значило само прозвище Лебен.

Самая прямая версия ведет к немецкому Leben — «жизнь». Тогда прозвище Лебен мог получить человек жизнерадостный, бодрый, умеющий наслаждаться каждым днем. Такие прозвища по чертам характера давали охотно, и в немецкоязычной среде (откуда и пошел этот пласт фамилий) Leben вполне могло закрепиться за весельчаком.

Но есть и второй корень, который звучит правдоподобнее при взгляде на идиш. Слово ליב (lib) означает «милый», «дорогой», «любимый». Отсюда — распространенное еврейское личное имя Лейб (Леб). В таком случае прозвище Лебен — это не про «жизнь», а про «милого человека»: доброго, отзывчивого, приятного в общении. А могло указывать и на социальный вес — человека, ценного для общины.

Обе версии имеют право на жизнь, и выбрать между ними сложно без точного знания диалекта предков. Но если сравнивать с другими искусственными или описательными еврейскими фамилиями (вроде Вейценбаум — «пшеничное дерево», Зауэрштром — «кислый поток», Левенфиш — «рыба-лев», Цигенбаум — «козье дерево» или Квечман — «высказываться неохотно»), то Лебензон выглядит куда более естественно: он образован от личного прозвища или имени, а не от случайного набора слов. Это сближает его с патронимическими фамилиями, где основа — реальное имя родоначальника. Так что, скорее всего, предок носителя фамилии Лебензон был либо жизнерадостным человеком (от Leben), либо просто носил имя Лейб — «милый».