Фамилия Лоле — редкий пример, когда корень слова почти не требует перевода, но при этом уводит в неожиданную сторону. В её основе лежит латышский глагол lolot — «лелеять». Для русского уха это звучит почти как «лелеять», и смысл действительно тот же: нежность, забота, трепетное отношение.

Скорее всего, прозвище Лоле получил ребёнок, которого долго ждали и который стал самым любимым в семье. Такая модель — называть человека по отношению к нему близких — встречается нечасто, но она естественна для балтийских языков, где слово могло стать личным именем или прозвищем.

Есть и вторая, более житейская версия. У того же глагола lolot есть переносное значение — «питать надежду». В этом случае Лоле могли прозвать человека с лёгким, оптимистичным нравом, который не унывает и умеет радоваться жизни. Оба объяснения не противоречат друг другу: в любом случае фамилия несёт положительный, тёплый оттенок.

С точки зрения словообразования, фамилия Лоле стоит особняком. В ней нет типичных русских суффиксов (-ов, -ин, -ский), которые оформляли бы её как притяжательное прилагательное. Она осталась в исходной, «голой» форме — как прозвище, которое закрепилось за родом без изменений. Такое встречается у фамилий балтийского происхождения, особенно в западных губерниях Российской империи, где латышские и литовские корни смешивались с русской фамильной традицией.

Фамилия очень редкая. В дореволюционных справочниках и современных базах данных носителей немного, и в основном они связаны с регионами бывшей Курляндской и Лифляндской губерний. Это подтверждает балтийский след: Лоле — не переосмысленная русская фамилия, а прямой перенос латышского слова в фамильное имя.

Никаких других версий — от тюркских или финно-угорских корней — у этой фамилии нет. Лингвистически она прозрачна, и её разговорный, почти ласковый смысл делает её уникальной среди русских фамилий, которые чаще образованы от имён, профессий или внешних признаков.