Фамилия Лошарина — это женская форма, а мужская, соответственно, Лошарин. Она образована по самой распространённой в русском языке модели: от основы прозвища или имени с помощью суффикса -ин, который указывает на принадлежность («чей?» — Лошарин сын, Лошарина дочь). Основа здесь — «лошар» или «лошара».

Сразу отбросим версию, что корень «лошад-» — это опечатка или искажение. Перед нами не «Лошадина», а именно «Лошара». В русских говорах, особенно северных и уральских, «лошар» — это не просто лошадь, а конкретно плохая, старая, заморённая лошадёнка, кляча. Прозвище Лошар могли дать человеку за внешнее сходство с такой лошадью: долговязому, неуклюжему, с крупными зубами или тяжёлой походкой. В переносном смысле — за нерасторопность или физическую слабость.

Однако есть и второй, менее очевидный, но более интересный вариант. В некоторых диалектах «лошар» или «лошара» — это не прозвище, а профессиональное название. Так могли называть конюха, пастуха, барышника, то есть человека, чья работа была тесно связана с лошадьми. В этом случае фамилия Лошарин — из разряда «ремесленных»: как Кузнецов, Мельников или Конюхов, только с местной, диалектной основой.

С точки зрения географии, фамилия Лошарин не столичная и не дворянская. Она тяготеет к регионам, где было развито коневодство и сохранилась архаичная лексика: Вологодская, Архангельская, Кировская области, а также Урал и Сибирь, куда переселенцы приносили свои говоры. Встречается редко, что само по себе указывает на крестьянское или мещанское происхождение: фамилии, образованные от простонародных прозвищ, редко проникали в высшие сословия.

Таким образом, предок носителя фамилии Лошарин — либо неказистый, чем-то напоминавший старую лошадь человек, либо, что вероятнее, конюх или работник при лошадях. Оба значения — бытовые, без претензии на героику, но с чёткой привязкой к реальному миру русской деревни.