Фамилия Лоцко звучит не по-русски, и это первое, что бросается в глаза. Хотя она давно бытует на восточнославянских землях, её корни ведут в другую языковую среду — скорее всего, польскую или белорусскую. Слово «лоцко» в этих языках — уменьшительная форма от «лот» или «лоцман» (кормчий, проводник судов). Иными словами, основа та же, что и в фамилии Лоцманов, но суффикс -ко указывает на западнославянскую или украинскую модель образования.

Суффикс -ко в фамилиях — один из самых показательных. На территории современной Украины и юга Беларуси он превращал прозвище или профессию в фамилию без дополнительных приращений: Лоцко — это буквально «маленький лоцман» или «сын лоцмана». В России такую форму почти не встретишь: там предпочли бы Лоцманов или Лоцкин. Поэтому носители фамилии Лоцко, скорее всего, происходят из регионов, где смешивались украинские, польские и белорусские говоры — из Гродненской, Волынской или Брестской областей.

Есть и другая, менее очевидная версия. В некоторых говорах «лоцко» могло быть прозвищем человека ловкого, изворотливого, умеющего «выкрутиться» из любой ситуации — от глагола «лоцировать» (управлять, лавировать). Но эта гипотеза слабая: письменных подтверждений такого значения нет, а профессиональная основа «лоцман» встречается в документах XVII–XVIII веков гораздо чаще.

Интересно, что фамилия Лоцко практически не встречается в дворянских родословных книгах. Это фамилия людей служилых, ремесленных или крестьянских — тех, кто жил у рек и занимался судоходством. Лоцманы на Днепре, Припяти и Западной Буге были нужны всегда: проводить плоты, баржи и купеческие суда через перекаты и пороги. Прозвище закреплялось за целым родом, и со временем превратилось в фамилию, которая не меняла форму при переходе в русскую паспортную систему.

Сегодня Лоцко — редкая фамилия. В России её можно встретить в Калининградской области и на юге, куда переселялись украинцы и белорусы в XIX–XX веках. За пределами бывшего СССР она почти не встречается, что подтверждает её узкую региональную привязку.