Фамилия Лубошников прямо указывает на занятие предка — человека, которого в народе прозвали Лубошник. Основа здесь та же, что и в слове «луб» — липовая кора, которая шла в дело. Из луба на Руси делали множество обиходных вещей: лукошки, корзины, лапти, короба. Поэтому Лубошником могли называть либо мастера, который эти вещи изготавливал, либо торговца, который ими торговал.

С точки зрения словообразовательной модели, фамилия построена по классическому русскому патронимическому принципу: прозвище на -ник (Лубошник) плюс суффикс принадлежности -ов. Такая модель была особенно продуктивна в среде крестьян и ремесленников, где прозвище отца переходило к детям как фамилия без изменений, кроме добавления суффикса. Интересно, что суффикс -ник в прозвищах часто обозначал человека по его профессиональному или характерному занятию: бортник, сапожник, плотник. Лубошник — ровно из этого же ряда.

Фамилия редкая, и её география вряд ли широка: она могла закрепиться в тех регионах, где был распространён липовый промысел, — в средней полосе России, в Поволжье, на Урале. В словарях русских фамилий (например, у Б. Унбегауна) фамилии на -ников обычно относят к профессиональным, что подтверждает версию о ремесленном происхождении.

Встречаются варианты написания — Лубошников и, реже, Лубошниковъ (до реформы орфографии). В некоторых говорах «лубошник» могло звучать с ударением на первый или второй слог, что иногда отражалось на произношении фамилии, но не на её сути. Потомок человека по прозвищу Лубошник со временем и получил фамилию Лубошников, которая сегодня хранит память о древнем ремесле, связанном с лесом и корой.