Фамилия Луковцов — редкий пример, где суффикс -ов- наложился на основу, которая сама по себе уже содержит суффикс. В русских фамилиях часто встречаются формы на -цов (Кузнецов, Писаревцов), но Луковцов стоит особняком из-за неочевидного корня.

Разбираем слово по косточкам. Основа «Луков-» легко читается как «лук» — либо огородное растение, либо оружие для стрельбы. Однако если бы фамилия происходила напрямую от слова «лук», мы бы получили Луков или Луковкин. Суффикс -ец- в середине указывает на то, что исходным было прозвище Луковец. Так могли назвать человека, который выращивал лук, торговал им или, реже, мастера по изготовлению луков (оружия). Затем к прозвищу добавили типичный русский патронимический суффикс -ов- (чей сын? — Луковцов), образовав фамилию по модели «сын Луковца».

Географическая привязка здесь работает как дополнительная улика. Фамилия Луковцов встречается преимущественно в центральных и южных регионах России, особенно в Воронежской, Курской и Ростовской областях. Это зона активного огородничества, где лук — традиционная культура. В северных краях, где лук сеяли реже, фамилия почти не фиксируется. Значит, версия с растением выглядит убедительнее, чем с оружием: в крестьянской среде, где и сложилось большинство фамилий, прозвище по ремеслу лукового мастера было бы экзотикой, а прозвище по занятию огородника — обычным делом.

Интересно, что фамилия не перешла в форму Луковцев (без «ц» перед суффиксом). В русском языке при образовании фамилий от основ на -ец часто происходило упрощение: Кузнец — Кузнецов (а не Кузнецов). Но Луковцов сохранил двойное «ц» потому, что суффикс -ец- не воспринимался как часть корня — прозвище Луковец было живым и узнаваемым. Иными словами, предка звали не просто «Луков», а именно «Луковец», и это прозвище успело закрепиться до того, как фамилия стала передаваться по наследству.

По сословному составу Луковцовы — почти наверняка крестьяне или однодворцы. Дворян с такой фамилией в родословных книгах не зафиксировано. Фамилия не получила широкого распространения: по данным переписей, она остается редкой, что подтверждает её локальное, «гнездовое» происхождение из одного или нескольких сел черноземной полосы.