Фамилия Лункашу — редкий случай в русском ономастиконе, и её происхождение почти наверняка не связано с исконно русскими корнями. Чтобы понять её, нужно заглянуть в молдавский или румынский языковой ареал. Основа фамилии — слово «luncă» (лункэ), которое переводится как «луг», «пойма реки», «заливной луг». Соответственно, Лункашу — это человек, живущий на лугу, у поймы, или выходец из села с таким названием. В Молдове и Румынии топонимы Лунка, Лункашу встречаются нередко, и фамилия образована от них по типичной модели: основа + суффикс -ашу (-așu), который в румынском языке указывает на принадлежность к месту или занятию.

Суффикс -ашу — характерный признак фамилий, пришедших из румынского языка, и он сразу отличает Лункашу от русских фамилий на -ов, -ин или -ский. Если бы фамилия была русской, она звучала бы как Луговой или Луговцев. В молдавском же варианте суффикс выполняет ту же роль: Лункашу буквально означает «луговой», «с луга». Это не прозвище по характеру, а указание на место жительства предка — скорее всего, он держал хозяйство на пойменных землях или его деревня стояла у речной долины.

Встречается фамилия в основном на территории бывшей Молдавской ССР, а также среди молдавских диаспор в России и на Украине. В русском языке её могут записывать по-разному: Лункашу, Лункаш, реже Лункашев, если фамилию «обрусели» при переписях. Но исходный вариант с окончанием -у — это чистая румынская модель, где фамилия не склоняется по падежам в русском языке.

Словообразовательно фамилия прозрачна: корень лунк- (луг, пойма) + суффикс -аш- + окончание -у. Аналогов в русском языке по суффиксу почти нет, но по смыслу можно вспомнить фамилии вроде Поляков или Луговой. В молдавской среде Лункашу — фамилия нередкая, но для русского уха она звучит экзотично и однозначно указывает на молдавские или румынские корни рода. Если предки носителя фамилии жили в России, скорее всего, они переселились из Бессарабии в XIX–XX веках.

Таким образом, Лункашу — топонимическая фамилия, говорящая о связи с природным ландшафтом. Она не несёт в себе ни дворянского, ни крестьянского оттенка в русском понимании, а просто фиксирует место, где жил первый известный предок: на лугу, у поймы.