Фамилия Люборцев — редкий пример, когда в основе лежит не имя и не профессия, а, скорее всего, прозвище, образованное от глагольной формы. Если отбросить патронимический суффикс -ев (указывающий на принадлежность: «чей?» — Люборцев, то есть сын Люборца), в корне остаётся основа «люборц-». В русских говорах «любо» означало «хорошо, приятно», а «рц» — это усечённая форма от «речи» или «рцы» (повелительное наклонение от глагола «речи» — говорить). Таким образом, Люборец — это прозвище человека, который «любо речёт», то есть говорит складно, приятно, убедительно. Вероятно, предок носителя фамилии был красноречивым рассказчиком, балагуром или, наоборот, умел уладить спор добрым словом.

Модель образования с суффиксом -ец от глагольной основы (как в фамилиях Говорец, Молодец) нетипична для русских фамилий дворянского или духовного сословия. Она характерна для крестьянской и посадской среды, где прозвища часто были «говорящими» и описывали характер или манеру поведения человека. Ономасты, в частности Б. Унбегаун, отмечали, что подобные формы с усечением основы («речь» — «рц») встречаются в северных и центральных говорах, где слово «рцы» могло употребляться как самостоятельное прозвище.

Географически фамилия Люборцев не привязана к конкретному региону в переписных книгах XVII–XVIII веков, что говорит о её локальном бытовании. Скорее всего, она возникла в одной из деревень, где прозвище Люборец закрепилось за целым родом. Современные носители фамилии, судя по открытым данным, встречаются в основном в Центральной России и Поволжье, но численно их очень мало. Это делает фамилию уникальной: она почти не подверглась стандартизации и сохранила в себе живую разговорную речь предков.