Фамилия Люк — одна из тех, где интуитивный разбор подводит. На слух она кажется короткой, «иностранной», похожей на англоязычное имя Luke. Но в русском контексте это совсем другая история. Скорее всего, перед нами не западное заимствование, а редкая исконная фамилия, образованная от прозвища.

Ключ к разгадке — в древнерусском глаголе «люкать», который означал «гнуть, сгибать, изгибать». От него произошло слово «люк» — не люк в полу, а изгиб, кривизна, лука. В диалектах так называли кривое дерево, излучину реки или хитроватого, изворотливого человека. Прозвище Люк могли дать либо тому, кто был «криводушным», либо, наоборот, человеку с физическим изъяном — например, сгорбленному или косому. Вторая версия: прозвище могло относиться к ремесленнику, гнущему дуги или полозья для саней. В таком случае фамилия — профессиональная.

Модель образования здесь простая и древняя. Фамилия Люк — это «застывшее» прозвище без суффикса. Такие фамилии (как Шевченко, Голова, Мороз) в русской традиции встречаются реже, чем на -ов/-ин, но они есть. Отсутствие суффикса говорит о том, что фамилия могла закрепиться в южнорусских или украинских землях, где бессуффиксные прозвищные фамилии более характерны. В северных и центральных областях России от того же корня охотнее образовали бы Люков или Люкин.

Сравнение с однокоренными фамилиями подтверждает эту версию. Например, фамилия Лукин происходит от имени Лука (через суффикс -ин), а Люк — от того же корня, что и «лукавый», «лукоморье» (изгиб морского берега). В ономастических работах Б. Унбегауна и В. Никонова подобные прозвища от качественных прилагательных и глаголов описываются как характерные для крестьянской среды XVI–XVII веков. Значит, предок носителя фамилии Люк — не святой и не иностранец, а, скорее всего, крестьянин или ремесленник, которого окружающие запомнили по особой черте — изворотливости, мастерству гнуть дуги или просто кривизне осанки.