Фамилия Максёмова — редкий случай, когда необычное написание сразу же приковывает внимание. В ней слышится иноязычный оттенок, но на деле это исконно русская фамилия, образованная по классической модели, но с одной важной фонетической особенностью.

Основа фамилии — крестильное имя Максим (от латинского maximus — «величайший»). В русских говорах имя часто произносили с «ёканьем»: Максём. Это не ошибка, а живой диалектный вариант, который закрепился в документах. Суффикс «-ов» указывает на принадлежность: «Максёмов» — значит «сын Максёма» или «из семьи Максёма». Фамилия в мужском роде звучала бы как Максёмов, а женская форма Максёмова — это грамматическое окончание, показывающее, что речь идёт о женщине или о всей семье в собирательном смысле.

Интересно, что фамилия с таким написанием практически не встречается за пределами России. Это сугубо местное явление, характерное для северных и центральных областей, где «ёканье» было нормой. Если бы фамилия записывалась как Максимова, она была бы одной из самых распространённых в стране. А вот форма через «ё» — штучный экземпляр, который говорит о том, что предки носительницы жили в среде, где устная речь напрямую влияла на письменные документы.

В отличие от фамилий, образованных от прозвищ или профессий, Максёмова — чисто патронимическая. Она не несёт в себе никакой дополнительной характеристики предка (не указывает на его ремесло, внешность или характер). Единственное, что она сообщает: отца или деда звали Максим, но в местном произношении — Максём. Поэтому искать в этой фамилии тайный смысл не стоит — вся её уникальность именно в звучании и орфографии.

С точки зрения словообразования, это простейшая модель: имя + суффикс «-ов». Никаких редких суффиксов, вроде «-их» или «-ский», здесь нет. Ценность фамилии не в сложности конструкции, а в том, что она сохранила для нас живую народную речь, которую в XIX веке старались «исправлять» на литературную норму. Если ваша фамилия записана именно так, а не через «и», значит, ваши предки либо сами были людьми не книжными, либо столкнулись с писцом, который записывал на слух, не заглядывая в святцы.