Фамилия Малоолеткин — одна из тех, что сразу привлекает внимание своей прозрачной внутренней формой. Она сложена из двух частей: «мало» и «олет» (или «олёт»), и суффикса -кин. Такой тип фамилий называют «говорящими»: они прямо указывают на прозвище, которое получил человек. В данном случае прозвище Малоолеток, вероятно, относилось к молодому, неопытному человеку — «мало лет» ему было, то есть юнец, подросток. В русских говорах слово «олеток» или «олёток» могло означать молодого птенца, ещё не умеющего летать, а в переносном смысле — незрелого, зелёного парня. Фамилия образована по типичной модели: прозвище на -ок (Малоолеток) плюс притяжательный суффикс -ин, который указывал на принадлежность: «чей?» — Малоолеткин, то есть сын или потомок Малоолетка.

Менее вероятная, но возможная версия связывает основу с диалектным словом «олёток» — так в некоторых областях называли остаток чего-то, обрывок, или же «олёток» как вариант «леток» (отверстие в улье). Но тогда «мало олёток» звучит натянуто: прозвище со значением «маленький остаток» или «узкий леток» маловероятно для человека. Поэтому версия с возрастом — основная и самая правдоподобная.

Интересно, что суффикс -кин, а не -ов, указывает на севернорусское или, реже, поволжское происхождение фамилии. В центральных и южных областях предпочли бы форму Малоолетков. Фамилия редкая, в дореволюционных переписях почти не встречается, что говорит о её позднем закреплении — скорее всего, в XIX веке, когда фамилии давали крестьянам после отмены крепостного права. Носители могли быть из бывших государственных или удельных крестьян, живших в Вологодской, Архангельской или Костромской губерниях — там такие «говорящие» прозвища на -ок и суффикс -кин особенно распространены.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Малофеев, Малолетов — показывает, что в основе везде лежит та же идея молодости или неполноценности возраста. Но Малоолеткин стоит особняком: в ней сохранилась редкая лексема «олеток», которая в современном языке почти исчезла. Так что носитель этой фамилии может считать себя хранителем диалектного слова, которое живёт только в фамильном имени.