Фамилия Миколаевский звучит как типичная дворянская или польская, но её корни — в простонародном имени. Основа здесь — Миколай, народная форма канонического имени Николай. Суффикс -евск- указывает на типичную модель образования фамилий у польской шляхты и украинской старшины: по названию имения или местечка. То есть Миколаевский — это «тот, кто из Миколаева» или «владелец Миколаевки». На карте Украины и Беларуси десятки сёл с таким названием, и фамилия могла возникнуть независимо в разных регионах.

Однако есть и другая, более прозаичная версия. В среде крестьян и мещан фамилии на -ский могли давать по географическому принципу, без всякой связи с дворянством. Человек, переехавший из села Миколаевка в город, получал прозвище Миколаевский — по месту прежнего жительства. Так что носитель фамилии мог быть как потомком мелкопоместного шляхтича, так и простым крестьянином, которого записали в ревизскую сказку по названию родной деревни.

С точки зрения словообразования фамилия стоит особняком. В русской среде гораздо чаще встречаются Николаевский — от полной формы имени. Миколаевский же сохранил украинское или белорусское произношение с заменой начального «Ни» на «Ми». Это характерный маркер: фамилия либо пришла с территории современной Украины или юга Беларуси, либо её носили переселенцы оттуда. В документах XIX века можно встретить варианты написания — Миколаевский и Миколаевской, что типично для южнорусских говоров.

Сословный разброс у фамилии широкий. В метрических книгах Киевской и Подольской губерний Миколаевские встречаются и среди мещан, и среди духовенства, и среди дворян. Точных данных о том, какая ветвь была утверждена в дворянстве, нет — для этого нужно изучать родословные книги конкретных губерний. Но сама форма фамилии не даёт гарантии благородного происхождения: в XIX веке многие крестьяне при получении фамилий брали «красивый» суффикс -ский, и Миколаевский — один из таких случаев.

Если коротко: фамилия означает «выходец из Миколаева» и указывает на украинские или белорусские корни. Правописание с «Ми» вместо «Ни» — главная подсказка, что предки говорили на местном наречии, а не на литературном русском.