Фамилия Мисюряев — один из тех редких случаев, когда за привычным русским окончанием -ев скрывается не имя, а вещь, причём вещь сугубо военная. В основе фамилии лежит прозвище Мисюряй, а оно, в свою очередь, восходит к нарицательному «мисюрь» — так на Руси называли воинскую шапку с железной маковкой и кольчужной сеткой, защищавшей шею и плечи. Слово это пришлое, восточное, и звучит оно настолько специфично, что сразу выдаёт род занятий предка.

Кого именно так прозвали? Тут открывается простор для версий. Самая прямая — военного человека, который не расставался со своим мисюрем. Но прозвище в крестьянской среде часто давали не по профессии, а по внешнему виду или повадке. Мисюряем могли насмешливо окликнуть угрюмого, насупленного мужика, который будто бы постоянно ходит в тяжёлом шлеме — низко надвинутом на лоб. Вторая версия выглядит даже правдоподобнее: в быту ремесленники и пахари редко носили боевые доспехи, а вот характерная манера хмуриться или сутулиться бросалась в глаза каждому.

Сама модель фамилии — типичная для восточнославянской традиции: прозвище Мисюряй, оканчивающееся на -яй, легко превращалось в притяжательное прилагательное Мисюряев, то есть «сын Мисюряя». Суффикс -ев здесь указывает на мягкую основу, и это косвенно подтверждает, что прозвище бытовало в живой устной речи, а не было взято из книг. Стоит заметить, что от того же корня пошли и другие фамилии — Мисюрев, Мисюрин, — но форма Мисюряев встречается реже, что делает её более локальной и конкретной.

Точное место и время возникновения фамилии назвать сложно: процесс становления русских фамилий растянулся на несколько столетий, и в разных землях он шёл с разной скоростью. Однако сам факт, что прозвище образовано от названия шлема, позволяет отнести его к эпохе, когда воинский быт был обыденностью, — вероятно, к XVI–XVII векам. В те времена мисюри считались лёгкой и доступной защитой, их носили и служилые люди, и казаки, поэтому прозвище могло возникнуть независимо в разных местах.

Сегодня фамилия Мисюряев воспринимается как исконно русская, хотя в её основе лежит заимствованное слово. Это лишний раз напоминает, что язык переплавляет чужие корни в свои, и фамилия становится памятником не только славянской письменности, но и военной истории — той её части, где на голове у предка красовался железный мисюрь с сеткой.