Фамилия Молтянер — редкая и необычная для русского уха. Её происхождение, скорее всего, не славянское, а искусственное или западноевропейское, и ключ к разгадке лежит в суффиксе. Окончание «-ер» в русских фамилиях почти всегда указывает на заимствование из немецкого, идиша или польского языков, где такие суффиксы обозначают профессию или деятеля. Поэтому логичнее всего искать корень не в русском «молот», а в иноязычной основе.

Первый и самый вероятный вариант: фамилия образована от немецкого слова «Molt» (встречается в фамилиях Мольтке, Мольт) или идишского «molten» (мальтийский? — спорно). В идише есть слово «molter» (мельник, солодовщик), а «Moltyaner» могло означать выходца из местности или города. Например, в Восточной Пруссии или Польше существовали топонимы вроде Мольтен, Мольтяны. В таком случае Молтянер — это указание на происхождение: «тот, кто из Мольтен/Молтян». Для еврейских фамилий (особенно ашкеназских) такие окончания на «-ер» типичны: Берлинер, Варшавер, Ростовер.

Вторая, менее вероятная версия — связь с профессией. Если допустить, что основа — это искажённое «Mälzer» (солодовщик, тот, кто делает солод для пива), то фамилия могла превратиться в Молтянер через диалектное произношение. Но для этого нет надёжных лингвистических параллелей, и версия с топонимом выглядит убедительнее.

Третий вариант — это русификация иностранной фамилии. В Российской империи, особенно в черте оседлости, фамилии часто записывали на слух, и немецкое «Moltner» (от «Molt» — мягкий, кроткий, или как вариант «Molt» — молот) могло превратиться в Молтянер. Но «молот» в немецком — «Hammer», так что эта связь слабая.

Географически фамилия Молтянер встречается в основном в бывших еврейских местечках Украины, Белоруссии и Молдавии, а также среди потомков эмигрантов в Израиле и США. В России она крайне редка, что подтверждает её нерусское происхождение. Социально носители фамилии в XIX веке, скорее всего, были мещанами или ремесленниками, а не дворянами.

Итог: Молтянер — фамилия-топоним или профессиональное прозвище, пришедшая из немецко-еврейской среды. Точное значение утрачено, но ясно, что её корни не в русском языке, а в диалектах Центральной и Восточной Европы.