Фамилия Молвыгин — редкий случай, когда в основе прозвища лежит не очевидное ремесло или внешность, а речевое поведение человека. Слово «молва» в древнерусском языке означало не просто слух или толки, а сам процесс говорения, весть, известие. Отсюда — «молвыга»: человек, который много говорит, разносит новости, сплетник или, наоборот, говорун, вестник. В говорах встречалось и слово «молвить» — говорить, так что прозвище могло закрепиться за бойким, общительным или болтливым человеком.

Суффикс «-ин» указывает на модель образования от основы на «-а»: Молвыга → Молвыгин, то есть «сын Молвыги» или «из семьи Молвыги». Это типичная патронимическая форма, которая в XV–XVII веках закреплялась за крестьянами и посадскими людьми, реже — за служилыми. В отличие от фамилий на «-ов», образованных от основ на твёрдый согласный, «-ин» характерен для прозвищ и имён, оканчивающихся на «-а» или «-я».

Интересная деталь: в старых писцовых книгах встречаются фамилии Молвин, Молванов, Молвенинов — все они одного корня. Но Молвыгин стоит особняком: суффикс «-ыг-» (как в «бродыга», «худыга») придаёт слову пренебрежительный или фамильярный оттенок. То есть прозвище Молвыга могло звучать не нейтрально, а с лёгкой насмешкой: «пустомеля», «трепло». Однако в русской ономастике такие формы нередко теряли негативный смысл и становились обычными фамилиями.

Географически фамилия тяготеет к северным и центральным регионам России — в переписях XVII–XVIII веков Молвыгины фиксировались в Вятской, Вологодской и Костромской губерниях. Встречается она и сегодня, но крайне редко: по данным современных телефонных справочников, носителей не больше нескольких сотен на всю страну. Это значит, что фамилия не «распылилась» по разным сословиям, а осталась локальной, возможно, от одной крестьянской семьи.

Есть и версия, что Молвыгин могло быть не прозвищем, а «говорящей» фамилией, данной в семинарской среде — от латинского «mulgere» (доить) или греческого «molgos» (кожаный мех), но она слабая: семинаристы обычно переводили фамилии на латынь или греческий, а не брали редкие корни. Куда правдоподобнее, что предок носителя просто был известен в округе как говорун или вестник — и это закрепилось в фамилии на века.