Фамилия Мордаснорман — редкий случай составной фамилии в русской среде, где соединились два совершенно разных по происхождению слова. В отличие от привычных русских фамилий на -ов или -ин, эта образована по модели, больше характерной для прозвищ, которые позже закрепились как фамилии без дополнительных суффиксов. Основа здесь — словосочетание «морда с норманном», то есть «морда норманна». Прозвище, скорее всего, описывало внешность человека: либо грубые, крупные черты лица, которые ассоциировались с образом сурового скандинава-норманна, либо, в ироничном ключе, человека, который пытался казаться «варягом», но выглядел попросту.

Вторая часть фамилии — «норманн» — отсылает к историческим норманнам (скандинавам, известным на Руси как варяги). В русском языке слово «норманн» могло быть и этнонимом, и прозвищем для человека высокого роста, светловолосого или с «северным» нравом. Соединение с «мордой» придаёт фамилии сниженный, почти бранный оттенок: так могли прозвать человека за грубую внешность или неуклюжесть, при этом с намёком на некое «благородное» происхождение — возможно, потомка обрусевших скандинавов, который, однако, не отличался красотой.

С точки зрения словообразования, фамилия уникальна: в русской ономастике почти нет примеров, где бы соединялись два полных слова через соединительную гласную «а» (обычно пишут «морда-норманн» или «Морданорманов»). Отсутствие тире и суффикса указывает на то, что фамилия могла быть записана как прозвище в документах XVII–XVIII веков, когда приказные люди фиксировали крестьян и посадских «по прозванию» без изменений. Вероятно, носители фамилии жили в северных или центральных губерниях России, где память о варягах была сильнее, или же в среде, где скандинавские корни семьи не забывались, но обыгрывались в быту.

Споров о происхождении немного: очевидно, что фамилия не тюркская и не финно-угорская, а чисто русская по способу образования, хоть и с иноязычным корнем. Альтернативная версия — что «норманн» здесь не этноним, а искажённое «норма» (то есть «морда нормальная»), — маловероятна: слово «норма» вошло в русский язык поздно, в XVIII–XIX веках, и не дало бы такого прозвища. Скорее всего, предок носителя фамилии был человеком заметной внешности, возможно, потомком шведских или норвежских пленников или купцов, и получил нелестное, но запоминающееся прозвище, которое со временем стало фамилией.