Фамилия Моржаков — это классический пример русского «профессионального» прозвища, которое со временем закрепилось за потомками. Основа здесь прозрачна: прозвище Моржак, а оно, в свою очередь, восходит к нарицательному «морж». В словарях морж описывается как крупное водяное ластоногое млекопитающее с усатой мордой, большими клыками и короткой шерстью. Но за этим простым зоологическим определением скрывается сразу несколько житейских смыслов, которые и породили фамилию.

Самая вероятная версия — ремесленная. Моржаком называли охотника на моржей, человека, чей промысел был связан с добычей этого зверя в северных водах. Такое занятие требовало недюжинной силы, выносливости и смелости, поэтому прозвище автоматически становилось уважительным. Впрочем, есть и другая, не менее колоритная трактовка: в переносном смысле моржом могли окрестить человека, который купается в открытых водоемах зимой, то есть закаленного «любителя круглогодичного купания». В этом случае прозвище подчеркивало не род занятий, а образ жизни и крепость здоровья его обладателя.

Существует и третья гипотеза, связанная с древней традицией мирских имен. До крещения ребенка могли наречь Моржаком, вкладывая в это имя обережный смысл. Считалось, что если дать младенцу имя животного, природа станет воспринимать его как своего, и к нему перейдут полезные качества избранного зверя — сила, выносливость, умение выживать в суровых условиях. Эта версия менее доказуема, но она объясняет, почему прозвище могло закрепиться за человеком, никак не связанным ни с охотой, ни с зимним плаванием.

Словообразовательная модель проста и типична для русских фамилий: к основе Моржак добавляется стандартный патронимический суффикс -ов, указывающий на принадлежность роду. То есть Моржаков буквально означает «сын Моржака». Фамилия недворянская, крестьянская или мещанская, а потому в архивах она встречается в документах обычных тружеников. Например, в Книге памяти Пензенской области упоминается мастер на масло-сыроварном заводе Моржаков Павел Михайлович, родившийся в 1894 году в селе Никольское Кузнецкого района. Эта запись — не просто сухая строка, а живое свидетельство того, что носители фамилии были людьми дела, работали руками и жили в глубинке.