Фамилия Мотырин — один из тех случаев, когда за привычным звучанием скрывается неочевидная основа. На первый взгляд кажется, что в ней слышится что-то «мотыльковое» или «мотыжное», но лингвистика предлагает более конкретную версию.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?» — Мотырин). Значит, в основе лежит личное имя или прозвище Мотыря. А вот откуда взялось само «Мотыря» — тут возможны два пути, и один из них гораздо убедительнее.

Самая правдоподобная версия связывает прозвище Мотыря с диалектным глаголом «мотырить» — то есть мотать, тратить попусту, болтаться без дела. В северных и сибирских говорах «мотыря» — это непоседа, суетливый человек, а иногда и просто бестолковый работник. Фамилия могла закрепиться за предком, который получил такое прозвище за характер или манеру поведения. В пользу этой версии говорит и то, что в русских говорах есть целое гнездо однокоренных слов: «мотыга» (суета), «мотыжник» (беспокойный человек).

Вторая гипотеза выводит Мотырю от названия орудия труда — мотыги. Но здесь есть тонкость: прозвище «Мотыга» давали крестьянину, работающему мотыгой (землекопу или огороднику), а форма «Мотыря» от этого слова нехарактерна для русского словообразования. Скорее всего, если и была связь с мотыгой, то через переносное значение — «мотыжить» в смысле «ковыряться, делать кое-как». То есть в любом случае нить ведёт к бытовому прозвищу, а не к профессиональному термину.

Интересная деталь: фамилия Мотырин встречается заметно чаще в северных регионах — в Архангельской, Вологодской, Кировской областях, а также в Сибири (куда переселенцы уходили с Севера). Это косвенно подтверждает диалектную природу основы: южнорусские говоры такого слова почти не знают. В старых переписных книгах XVII века Мотырины фиксируются как крестьяне и посадские люди — дворянского следа у фамилии нет.

Изредка фамилию путают с Мотылёвым, но это разные истории. Мотылёв — от «мотыль» (бабочка), а Мотырин — от живого человеческого качества, пусть и не самого лестного. Так что предок современного Мотырина, скорее всего, был человеком подвижным, суетливым, может, даже слегка безалаберным — но уж точно не скучным.