Фамилия Мулатова звучит необычно для русского уха, и её происхождение — нечастый случай, когда основой могло стать слово, пришедшее из другого языка. В отличие от большинства русских фамилий, образованных от прозвищ по внешности (Белов, Рыжов) или роду занятий, здесь мы имеем дело с экзотическим корнем «мулат». В испанском и португальском языках так называли потомка от брака европейца и темнокожей женщины или африканца и белой женщины. Слово попало в русский язык не позднее XVIII века вместе с интересам к колониальной тематике и описанием народов мира.

Фамилия Мулатова — женская форма, мужская — Мулатов. Образована она по стандартной русской модели: к основе «мулат» добавили патронимический суффикс -ов. Это значит, что фамилия закрепилась как «сын (или дочь) Мулата». То есть человек, первым получивший такое прозвище, внешне или по происхождению ассоциировался у окружающих с мулатом. В условиях России XVIII–XIX веков, где собственно мулатов было крайне мало, прозвище могло даваться за смуглую кожу, курчавые волосы или просто за необычную, «южную» внешность.

Версия о прямом происхождении от потомка смешанного брака тоже имеет право на существование, хотя и менее вероятна. В Российской империи существовали небольшие общины потомков от браков русских с представителями кавказских или азиатских народов, но их редко называли мулатами. Чаще прозвище носило переносный, бытовой характер — так могли «окрестить» загорелого крестьянина или торговца, побывавшего в жарких странах. Слово «мулат» в словаре В. И. Даля фиксируется без отрицательной окраски, как нейтральное обозначение цвета кожи.

С точки зрения географии, фамилия Мулатов/Мулатова встречается нечасто и не привязана к какому-то одному региону. Её можно найти в центральных областях России, на Урале и в Поволжье. Это говорит о том, что прозвище было случайным, а не родовым для целой местности. В дворянских родословных книгах фамилия не значится — скорее всего, носители были из крестьянской или мещанской среды, где прозвища давали по самым заметным внешним признакам.

Интересно, что фамилия сохранила исходное ударение на второй слог (Мула́тов), в то время как многие заимствованные слова со временем меняют ударение. Это дополнительный аргумент в пользу того, что прозвище было дано человеку, которого знали именно как «мулата», а не как потомка какого-то Мулата. В любом случае, фамилия Мулатова — редкий пример того, как русская фамильная модель усвоила слово из далёкой колониальной лексики, превратив его в обычную семейную метку.