Фамилия Мурниекс напрямую связана с ремеслом: она происходит от латышского слова mūrnieks — «каменщик» или «печник». Это профессиональное прозвище, которое в старину давали человеку по роду его занятий, а затем оно закрепилось за его потомками как фамилия.

Словообразовательная модель здесь проста и прозрачна: основа mūr- (от mūris — «каменная кладка», «стена») и типичный латышский суффикс -nieks, обозначающий деятеля. Такая же схема работает в других латышских фамилиях-профессиях: например, Kalējs (кузнец) или Audējs (ткач). Но если эти фамилии стали почти нарицательными, то Мурниекс сохранила более узкую, ремесленную привязку. Носитель такой фамилии, скорее всего, был не просто строителем, а мастером, который клал печи и камины — работа ответственная и уважаемая, ведь от качества кладки зависело тепло в доме.

В документах начала XX века встречаются носители этой фамилии, что подтверждает её реальное бытование в Латвии. Например, в метрических записях упоминаются Мурниекс Аусма Адольфовна (1928 год) и Мурниекс Элмут Августович (1929 год, город Бауска). Последний впоследствии проживал в городе Котлас Архангельской области — типичная история для XX века, когда балтийские фамилии вместе со своими носителями перемещались по территории Советского Союза.

Интересно, что фамилия почти не изменила форму при переходе в русскоязычную среду. В отличие от многих латышских фамилий, которые русифицировали, добавляя окончания -ов или -ин, Мурниекс сохранила исходное латышское окончание. Поэтому в русских документах она выглядит как несклоняемая, что иногда создаёт путаницу: в родительном падеже правильнее говорить «Мурниекс» (а не «Мурниекса»), следуя правилам обращения с заимствованными фамилиями.

Аусма и Элмут — имена, которые тоже выдают латышское происхождение: в латышском именослове много имён, образованных от народных понятий (Аусма — «вдохновение»). Это дополнительный штрих к портрету семьи: перед нами коренные латыши, чья фамилия с детства указывала на трудолюбивого предка-строителя.