Фамилия Напраснов — яркий пример того, как прозвище, данное человеку, со временем превратилось в родовое имя. Её основа — прилагательное «напрасный» в значении «тщетный, бесполезный, пустой». В древнерусском языке это слово имело и более резкий оттенок: «напрасный» могло означать «внезапный, неожиданный», а также «несправедливый, безвинный» (вспомните выражение «напрасная смерть»). Таким образом, прозвище Напрасный могло закрепиться за человеком по нескольким причинам.

Самая вероятная версия — прозвище отражало характер или поведение. Так могли назвать беспокойного, суетливого человека, чьи усилия часто пропадали даром, или, наоборот, того, кого считали «пустым», неосновательным. Менее очевидный, но возможный вариант — прозвище дали ребёнку, родившемуся «напрасно», то есть не вовремя, вне брака или в трудное для семьи время. В этом случае прозвище фиксировало социальный статус или обстоятельства рождения.

Суффикс -ов указывает на стандартную русскую патронимическую модель: Напраснов — сын Напрасного. Фамилия образована от полной формы прилагательного, что характерно для прозвищ, которые закреплялись за людьми без уменьшительно-ласкательных суффиксов. В документах XVI–XVII веков встречаются отдельные упоминания крестьян и посадских людей с прозвищем Напрасный, особенно в северных и центральных уездах России. Однако массового распространения фамилия не получила: она остаётся довольно редкой, что связано с негативной коннотацией основы — не каждый хотел передавать потомкам имя, намекающее на «пустоту» или «несправедливость».

Стоит отметить, что фамилия Напраснов — не единственная в этом гнезде. Существуют однокоренные варианты: Напрасников (от прозвища Напрасник, «тот, кто делает напраслину»), Напрасин (от краткой формы Напраса) и даже польская фамилия Naprasnow, которая могла появиться на западных территориях Российской империи. Но именно форма на -ов — самая типичная для русского ономастикона. В современной России носители фамилии встречаются в Поволжье и на Урале, что косвенно подтверждает её происхождение из среды крестьянства, где прозвища такого рода были особенно распространены.