Фамилия Наседина — одна из тех, где на первый взгляд ясный корень скрывает неожиданный поворот. Если разбить её по составу: основа «Насед-» и суффикс «-ин», указывающий на принадлежность («чей?» — сын Наседы). Но кто такой Наседа? Тут два пути, и оба ведут в русскую деревню.

Самая прямая версия — отчество от прозвища Наседа. В диалектах «наседа» (или «наседка») — это наседка, курица, которая высиживает яйца. Прозвище могли дать домовитому, хозяйственному человеку, который «сидит на месте», не любит суеты и заботится о доме. Сравните с фамилией Наседкин — они однокоренные, но суффикс разный: «-ин» в фамилии Наседин встречается реже, чем «-кин» в Наседкине, что делает её более редкой и локальной.

Вторая версия, менее бытовая, но тоже возможная: «наседа» в некоторых говорах означало «настойчивый, приставучий человек», буквально «тот, кто наседает». Такое прозвище мог получить назойливый сосед или, наоборот, упёртый работник. Однако в ономастике приоритет обычно отдают хозяйственно-бытовым прозвищам, так что версия с «наседкой-курицей» правдоподобнее.

Географически фамилия тяготеет к центральным и северным областям России: встречается в старых переписях Архангельской, Вологодской и Костромской губерний. Именно там диалектное слово «наседа» было в ходу. Суффикс «-ин» характерен для фамилий, образованных от слов женского рода (ср. «Курицын» от «курица»), что косвенно подтверждает: прозвище Наседа воспринималось как существительное женского рода, даже если дали его мужчине.

В отличие от часто встречающихся Наседкиных, фамилия Наседина сохранила архаичную форму. Она не перешла в более привычный суффикс «-кин», а застыла в варианте XVI–XVII веков, когда отчества от прозвищ на -а образовывали именно так. Поэтому, если вы встретили носителя этой фамилии, скорее всего, его предки жили в глубинке Русского Севера и занимались крестьянским трудом — а прозвище им дали за домовитость или, наоборот, за назойливость, но точно не за знатное происхождение.