Фамилия Нашаровы — редкий пример того, как за привычным русским окончанием скрывается пласт восточной культуры. В основе фамилии лежит тюркское прозвище Нашар, и здесь сразу открывается простор для двух разных толкований, каждое из которых по-своему интересно.

Первая и самая распространенная версия отсылает нас к казахскому слову «нашар» — «убогий, слабый». Но было бы наивно полагать, что так называли хилого или часто болевшего человека. Скорее, мы имеем дело с так называемым «охранительным» прозвищем. В старину у многих восточных народов существовал обычай: дать ребенку имя или прозвище с отрицательным значением, чтобы обмануть злых духов. Считалось, что нечистая сила не позарится на «убогого» и «слабого» малыша, а он тем временем вырастет здоровым и крепким. Так и Нашар мог быть ласковым оберегом, пожеланием силы через кажущуюся слабость.

Вторая гипотеза ведет нас в арабский язык, где глагол «нашара» означает «пилить». В этом случае прозвище становится «профессиональным» именованием: предок Нашаровых мог быть строителем, плотником или мастером по распиловке дерева. Эта версия менее популярна, но вполне жизнеспособна, особенно если учесть, что тюркские языки активно заимствовали арабскую лексику, а ремесленные прозвища были широко распространены при формировании фамилий.

Сам способ образования — через типичный русский суффикс -ов — говорит о том, что фамилия окончательно оформилась уже в русскоязычной среде, когда прозвище главы семейства закрепилось за его потомками. Это типичная модель для восточных фамилий, которые проникали в русскую культуру через межэтнические контакты, будь то торговля, служба или переселение.

Точное время и место возникновения фамилии Нашаровы установить сложно — процесс становления фамилий был долгим и неравномерным. Однако сам факт, что она дошла до наших дней, делает её ценным памятником не только восточной письменности, но и живого культурного обмена между народами. В ней удивительным образом сплелись тюркский корень, арабское возможное влияние и славянская фамильная форма.