Фамилия Неаполитанский — редкий случай в русском ономастиконе. Это не прозвище, данное за любовь к итальянской кухне или путешествиям, а искусственное именование, которое чаще всего получали выпускники духовных семинарий и академий. В этой среде было принято менять бытовые фамилии на более благозвучные, образованные от названий городов, праздников или эпитетов святых. Так будущий священник Иван Смирнов мог превратиться в отца Неаполитанского.

Своим появлением фамилия обязана святому Януарию Неаполитанскому. Речь о священномученике, которого почитают и католическая, и православная церкви. Для Неаполя он — небесный покровитель, а его имя неразрывно связано с известным чудом: дважды в год застывшая кровь святого в ампуле становится жидкой. Календарь неаполитанской церкви фиксирует два дня памяти — 13 апреля, когда мощи перенесли из Поццуоли в катакомбы Сан-Дженнаро, и 19 сентября, день мученической кончины. Семинарист, бравший такую фамилию, очевидно, находился под впечатлением от жития этого святого или же писал работу о нём.

Сам город, давший фамилии основу, — древний. Неаполь основали греки в VIII веке до нашей эры, и в переводе с древнегреческого название означает «новый город». Сегодня это третий по величине город Италии. Любопытно, что модель образования фамилии от географического названия через суффикс -ский типична для духовного сословия: так появились Троицкие, Рождественские, Иерусалимские. А вот суффикс -ов в данном случае не сработал бы. Сравните: от нарицательного «роза» в семинариях возникала фамилия Розов, а не Розин, хотя по правилам русского языка суффикс -ов присоединяется к словам мужского рода. Здесь действовала логика не грамматики, а церковной традиции.

Стоит добавить, что фамилия могла закрепиться и за светским человеком, но вероятность этого мала. В крестьянской или купеческой среде именование по чужеземному городу не имело бы смысла, а вот для священника оно звучало торжественно и назидательно. Безусловно, фамилия Неаполитанский — замечательный памятник русской культуры, отражающий сложный путь формирования сословных именований. Однако процесс этот был длительным, и точно определить, в какой именно семинарии и в каком веке её впервые дали предку, можно только после серьёзных генеалогических изысканий в архивах духовных консисторий.