Фамилия Нидзельницкий звучит для русского уха непривычно, и сразу понятно, что её корни лежат западнее — в польских землях. Она образована не от имени и не от профессии, а от прозвища Нидзельник. Разбираем это прозвище по частям: в его основе лежит польский глагол dzielić, что значит «делить, разделять», а перед ним стоит отрицание ni — «ни». То есть буквальный смысл — «неделящий», «тот, кто не делится».

Скорее всего, прозвище Нидзельник носило иронический оттенок. Такие имена-насмешки были в ходу в старину: ими метко, а порой и зло подмечали человеческие слабости. Вряд ли кого-то назвали бы «неделящим» за щедрость. Логичнее предположить, что так за глаза величали человека жадного, прижимистого, алчного — того, кто ни с кем не хотел делиться ни добром, ни хлебом. Прозвище прилипало к человеку, а его потомки уже наследовали это словесное клеймо.

Дальше в игру вступает типичная для польской и западнорусской традиции модель: к основе Нидзельник добавили суффикс -цкий, который изначально указывал на принадлежность к месту или роду. Так из прозвища выросла фамилия Нидзельницкий. Подобное превращение — обычное дело: сначала сына звали «Нидзельников», а затем, под влиянием польской шляхетской моды на фамилии с -ский, форма закрепилась как Нидзельницкий.

Интересно, что фамилия сохранила польское написание с «дз», которое в русском языке часто упрощалось до «з». Поэтому у неё есть и более русифицированные аналоги — например, Низельницкий или даже Низельников. Но исходный вариант Нидзельницкий указывает на польское происхождение предков, возможно, из мелкой шляхты или крестьян, переселившихся на восток. Сословную принадлежность носителей фамилии точно не установить, но сам факт наличия шляхетского суффикса -ский говорит о том, что предки могли претендовать на более высокий статус, чем простые крестьяне.

Так что за неблагозвучным для современного уха прозвищем стоит живая история: человек, который не умел делиться, передал своим потомкам не только характер, но и фамилию, которая теперь звучит как напоминание о давней человеческой слабости.