Фамилия Нустров — одна из тех, что ставит исследователя в тупик своей кажущейся простотой. На первый взгляд, перед нами типичная русская фамилия с суффиксом -ов, указывающим на принадлежность («чей сын?» — Нустров). Но корень «нустр-» не встречается ни в древнерусских именах, ни в распространённых прозвищах. Здесь и кроется главная загадка.

Самая вероятная версия — искажённое написание фамилии, образованной от немецкого или прибалтийского корня. В немецком языке есть слово «Nüster» (ноздря) или фамилия Nuster. В XVIII–XIX веках в Россию активно приглашали немецких колонистов, ремесленников и врачей. При адаптации фамилии в русской среде могло произойти упрощение: сложный дифтонг «ü» превратился в привычное «у», а конечная буква отпала. Таким образом, Нустров мог быть потомком обрусевшего немца, чья исходная фамилия звучала как Нюстер или Нустер.

Менее убедительная, но возможная гипотеза — связь с диалектным словом. В некоторых северных говорах «нустрый» означало «упрямый, своенравный» (сравните с «нудить» — заставлять, принуждать). Прозвище Нустрый могли дать человеку с тяжёлым характером. Однако эта версия слаба: слово «нустрый» крайне редкое и не фиксируется в основных словарях русских народных говоров.

Обратите внимание на суффикс: -ов, а не -ин. Это значит, что основа фамилии — не женское имя и не прозвище на -а/-я. Если бы предка звали Нустра (гипотетическое прозвище), фамилия была бы Нустрин. Значит, в основе лежало слово мужского рода или фамилия, оканчивающаяся на согласный. Это косвенно подтверждает немецкую версию: Nuster → Нустер → Нустров.

Географически фамилия Нустров крайне редка. В современных базах данных она встречается единично, и основная зона бытования — центральные области России, куда в XIX веке активно переселялись иностранные специалисты. Сословная принадлежность, скорее всего, не крестьянская: немецкие колонисты и обрусевшие иностранцы чаще принадлежали к мещанству, купечеству или разночинной интеллигенции.

Итог: Нустров — вероятнее всего, русифицированная немецкая фамилия, возникшая в среде обрусевших переселенцев. Прямого славянского корня у неё нет, а народно-диалектная версия про «упрямого» человека остаётся лишь предположением без надёжных источников.