Фамилия Оняков — редкий случай, когда за привычным русским окончанием -ов скрывается не имя и не профессия, а хлеб. Точнее, калач. Основа фамилии — прозвище Оняк, которое выводят из диалектного костромского слова «онякиш», то есть «калач». Так в старину могли прозвать пекаря, торговца выпечкой или просто любителя калачей — человека, для которого это лакомство стало отличительной чертой.

Прозвища по еде и питью в России давали охотно: вспомним фамилии Калачёв, Блинников, Пирогов. Оняков стоит в этом же ряду, но с региональным оттенком: слово «онякиш» бытовало в костромских говорах, поэтому и фамилия, скорее всего, зародилась именно там или среди выходцев с костромской земли. Суффикс -ов указывает на типичную патронимическую модель: Оняков — это «сын Оняка», и такой способ образования фамилий был самым массовым в центральной России.

Точную дату появления фамилии назвать нельзя: фамилии у крестьян и посадских людей в Костромском крае закреплялись в основном в XVII–XVIII веках, но процесс шёл неравномерно и растянулся на десятилетия. Само прозвище Оняк, очевидно, старше — оно могло существовать задолго до того, как потомки стали писаться Оняковыми.

Версия с «онякишем» — основная, но не единственная. Иногда Оняка сближают с личным именем Оня, уменьшительной формой от Анисим или Онисим. Такое объяснение тоже имеет право на жизнь: от сокращённых имён через суффикс -як (как Боряк от Борис, Ваняк от Иван) образовывали прозвища, которые затем фамилизовались. Однако против этой гипотезы говорит то, что от имён чаще возникали формы вроде Анисимов или Онисимов, а Оняков выглядит обособленно. Связь с калачом выглядит убедительнее хотя бы потому, что объясняет необычную основу без привлечения имён.

Как бы то ни было, фамилия Оняков сохранила в себе пласт народной лексики, который сегодня уже почти забыт: слово «онякиш» не встретишь в современном разговоре, оно осталось только в диалектных словарях и в этой фамилии. Так что каждый Оняков носит в своей фамилии память о костромских базарах, печном жаре и людях, которых окружающие знали по их пристрастию к сдобе.