Происхождение
Фамилия Опаривская
Фамилия Опаривская — редкий пример того, как прозвище, связанное с кухней, закрепилось в наследственном имени. В её основе лежит слово «опара» — жидкая закваска для теста из дрожжей и небольшого количества муки. Такая смесь быстро «росла», увеличивалась в объёме, поэтому прозвище Опара в первую очередь могли дать полному, пухлому человеку. Но это лишь одна из версий, и она не единственная.
Не менее правдоподобно, что прозвище относилось к «профессиональным» именованиям и указывало на род занятий. Опарой могли называть булочника или пекаря, который работал с закваской. Кроме того, глагол «опаривать» означал «обваривать, ошпаривать, обдавать кипятком для очистки» — так что прозвище могло закрепиться за человеком, чья работа была связана с такой обработкой чего-либо.
Фамилии, образованные от этого прозвища, довольно старые. Об этом свидетельствует «Ономастикон» академика С.Б. Веселовского, где упоминаются Потеха Иванович Опарин (1599 год) и крестьянин Иван Опара (1643 год). Эти записи показывают, что прозвище бытовало в разных слоях общества и уже в XVI–XVII веках переходило в фамилии.
Сама форма Опаривская выделяется на фоне более распространённых Опарин и Опарев. Суффикс -ск- в русских фамилиях обычно указывает на связь с географическим названием или на принадлежность к знатному роду, но здесь он прикреплён к прозвищной основе. Скорее всего, перед нами позднее оформление фамилии по модели, типичной для западнорусских и украинских земель, где суффикс -ск- нередко добавляли к личным прозвищам без территориальной привязки. Возможно также, что первоначальная форма звучала как Опаревский или Опаровский, а Опаривская — результат диалектного произношения или ошибки писаря при оформлении документов.
Позже прозвище Опара, изначально присоединённое к наследственному имени, полностью заменило его как в повседневной жизни, так и в официальных документах. Так из бытового прозвища, связанного с тестом или кипятком, выросла фамилия, которая сегодня звучит вполне книжно и даже аристократично, хотя её корни — в крестьянском и ремесленном быту.