Фамилия Осенних отвечает на вопрос «чей?» и образована по модели родительного падежа множественного числа: так в старину говорили о человеке из семьи, где главу звали Осенним. Поэтому первое, что бросается в глаза, — необычный формант «-их», типичный для северных и сибирских говоров, тогда как в средней полосе чаще встречались бы формы Осенев или Осенников.

Основой послужило мирское имя Осенний, а оно, в свою очередь, восходит к нарицательному «осень» — времени года, сменяющему лето и предшествующему зиме. Скорее всего, так называли ребенка, родившегося осенью: имена по времени появления на свет — распространенный пласт древнерусской антропонимии, сюда же относятся, например, Зима, Вешняк или Летний.

Есть и вторая гипотеза, менее очевидная, но не менее любопытная. Она возводит прозвище Осенний к глаголу «осенить» — «закрывать, покрывать тенью, заслонять», а также «покрывать, охватывать собою» или «внезапно приходить (о мысли, догадке)». В таком случае прозвище могло закрепиться за человеком отзывчивым, ответственным, либо, напротив, догадливым и смекалистым — тем, кого часто осеняло. Однако эта версия выглядит менее вероятной: семантика «осенить» в прозвищах встречается реже, чем прямая связь с календарным циклом.

В актах С. Б. Веселовского записаны родственные именования, которые подтверждают древность традиции: Осенний Дмитриевич Лодыженский, воевода (1610 г., Воротынск), и Роман Федорович Аулов Осенний (1605 г., Арзамас). Любопытно, что в обоих случаях имя Осенний стоит на втором месте — это не фамилия, а личное прозвище, которое человек носил при крестильном имени. Позже такие прозвища закреплялись за потомками, и форма на «-их» указывает, что речь шла о всей семье: «Осенних» — то есть «из дома Осеннего».

Сама фамилия звучит как реликт севернорусского говора, где окончание «-их» в фамилиях — норма: Скорых, Долгих, Чутких. Такие фамилии не склоняются и часто сохраняют архаичный оттенок, поэтому Осенних — не просто указание на время года, но и маркер определенной региональной традиции именования.