Фамилия Пелевина почти наверняка произошла от прозвища Пелева. В старину так называли шелуху и все измельчённые молотьбой части колоса, которые оставались после провеивания зерна. Это не обидное прозвище, а профессиональное: оно указывало на род занятий предка, скорее всего, молотильщика. Тот, кто молотил и веял зерно, постоянно имел дело с пелевой, и это слово прочно к нему прилипло.

В исторических документах С. Б. Веселовского упоминаются носители этого прозвища: Пелева Андрей, молотобоец 1566 года из Устюжны, и Пелевка Трофим, московский ямщик 1638 года. Эти записи показывают, что прозвище не было редкостью и бытовало в разных слоях населения — и среди работных людей, и среди служилых. Потомки человека по прозвищу Пелева со временем получили фамилию Пелевины.

Существует и менее правдоподобная гипотеза, возводящая фамилию к нецерковному имени Пеля — производной форме редких крестильных имён Апелий, Пелей или Пелий. Однако версия о прозвище выглядит убедительнее: она подкреплена и документальными записями, и самой логикой словообразования, ведь фамилия напрямую связана с нарицательным словом, бытовавшим в живой речи.

Отдельно стоит сказать о варианте написания Пелёвина. Это не самостоятельная фамилия, а фонетический вариант фамилии Пелевина: под ударением в разговорной речи «е» перешло в «ё», и такое написание закрепилось в документах части семей. Значение от этого не меняется — основа всё та же, прозвище Пелева.

Самый известный носитель фамилии — писатель Виктор Пелевин, автор романов «Чапаев и пустота», «Омон Ра», «Жизнь насекомых» и «Generation „П“». В 1993 году он получил малую Букеровскую премию за сборник рассказов «Синий фонарь». Его литературная известность сделала фамилию узнаваемой, но корни у неё — в крестьянском труде, в работе с зерном, которая кормила предков.