Фамилия Пердищев — редкий случай, где прозвищная основа лежит на поверхности, но её значение не стоит понимать буквально. В основе лежит древнерусское нецерковное имя или прозвище Пердищ, образованное от глагола «пердеть». В современном языке это слово звучит грубо, но в XV–XVII веках оно входило в разряд бытовых, нейтральных прозвищ, которые давали по физиологическим особенностям, поведению или как шутливое внутрисемейное имя. Такие прозвища были обычным делом в крестьянской и посадской среде, где человека могли назвать Пузан, Сопля, Гнилозуб или Пердищ — без злого умысла, а для узнаваемости.

Суффикс -ев указывает на стандартную патронимическую модель: Пердищев — сын Пердища. Важно, что в основе стоит не прилагательное, а существительное с суффиксом -ищ, который в древнерусском языке мог иметь увеличительное или пренебрежительное значение, но в именах часто просто фиксировал принадлежность к типу прозвищ (ср. Громищ, Губищ). То есть Пердищ — не «тот, кто много пердит», а скорее «человек, получивший такое прозвище», возможно, за какую-то особенность, связанную с этой физиологической функцией: например, громкий или частый звук, который запомнили окружающие.

Фамилия географически привязана к центральным и южным регионам России, где встречаются однокоренные фамилии Пердюков, Пердяев, Пердунов. В документах XVII века, например, в разрядных книгах и писцовых записях, встречаются люди с прозвищем Пердищ — это были крестьяне, стрельцы и посадские. В дворянские роды фамилия не попала: в «Общем гербовнике» её нет, и в среде высших сословий такое прозвище не прижилось бы из-за табуированности основы.

С точки зрения словообразования, фамилия Пердищев стоит в ряду таких же «физиологических» фамилий, как Сопляков, Кашляев, Чихачев. Современному носителю стоит помнить: в доиндустриальной деревне прямота прозвищ никого не смущала, а сейчас это просто архаичная ономастическая единица, сохранившая звучание быта предков. Никакого негативного подтекста, кроме лингвистического курьеза, в ней нет.