Фамилия Пездов — один из тех случаев, когда внешняя форма обманчива, а корень уходит в совершенно неожиданную сторону. На слух она кажется производной от грубого просторечного слова, но на деле её основа — древнерусское нецерковное имя или прозвище Пезд. В старину так могли называть медлительного, вялого человека или, по другой версии, того, кто постоянно ныл и жаловался. Глагол «пездить» в диалектах означал «плакать, хныкать», а «пезда» — «плакса, нытик». Таким образом, предок получил фамилию не по бранному слову, а по поведенческой характеристике, которая со временем утратила связь с современным матом.

Словообразовательная модель здесь простейшая: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей?»), то есть Пездов буквально значит «сын Пезда». Это типичная патронимическая фамилия, каких тысячи на Руси (Иванов, Петров, Сидоров). Однако основа Пезд встречается редко — в основном в северных и вятских говорах, где сохранилась архаичная лексика. В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» подобные образования не упоминаются, но в работе В. Никонова «География фамилий» есть указание на редкие прозвищные фамилии с корнем «пезд-» в Вологодской области.

Вторая, менее вероятная версия — связь с диалектным «пезда» в значении «щель, расщелина» (от общеславянского *pězd-). Тогда прозвище могло достаться человеку, жившему у оврага или узкого прохода. Но эта гипотеза слабее: для такого значения обычно использовали слова «щель», «расселина» или «жерло», а «пезда» в этом смысле фиксируется лишь в единичных говорах.

Интересно, что в дореволюционных переписях фамилия Пездов почти не встречается — она явно поздняя, возникшая в крестьянской среде после отмены крепостного права, когда прозвища стали закрепляться официально. Носители фамилии сегодня рассеяны по России, но не образуют заметных гнёзд. В интернете можно найти единичные упоминания Пездовых из Удмуртии и Кировской области — как раз тех мест, где говор сохранил старые слова.

Если у вас фамилия Пездов, можете быть спокойны: ваши предки не были связаны с матерщиной. Скорее всего, это был просто нудный или плаксивый мужик из северной деревни, чью характерную черту запомнили соседи. Со временем слово сменило окраску, а фамилия осталась — как застывший снимок давно ушедшей речи.