Фамилия Пилунский звучит так, будто за ней стоит целая история, и это действительно так. В основе фамилии лежит прозвище Пилун, а суффикс -ский указывает на типичную для польских, украинских и белорусских земель модель образования фамилий: так называли потомка человека, носившего это прозвище, или выходца из места, с ним связанного.

Самая интригующая деталь — происхождение самого прозвища. В документах начала XX века фамилия Пилун встречается у носителей, которые преимущественно были латышами. Это дает веские основания искать корни в латышском языке, и здесь открывается целый веер возможностей.

По одной из версий, прозвище Пилун восходит к латышскому глаголу pielūkot — «присмотреть, присматривать». Тогда Пилуном называли человека, который часто присматривал за детьми, этакого заботливого няньку или сторожа. Другая версия связывает прозвище со словом pilns — «полный». В этом случае прозвище было бы чисто описательным: так могли называть человека плотного телосложения. Наконец, нельзя исключать связь со словом pils (в родительном падеже множественного числа piļu) — «дворец; замок». Тогда Пилуном могли прозвать того, кто жил рядом с замком или работал при нем.

Впрочем, есть и более прозаичное, но не менее правдоподобное объяснение. Фамилия Пилунский могла образоваться и от польского глагола piłować — «пилить». В этом случае прозвище Пилун содержало прямую отсылку к ремеслу: предок мог быть плотником или лесорубом. Эта версия хорошо согласуется с географией фамилии: суффикс -ский особенно характерен для шляхетских и крестьянских фамилий на территории бывшей Речи Посполитой, где польский язык оказывал сильное влияние.

Какая из версий верна — сказать сложно. Но все они сходятся в одном: фамилия Пилунский не была случайной. Она либо описывала внешность или привычки предка, либо указывала на его занятие, либо на место жительства. Потомок человека, которого звали Пилун, со временем получил фамилию Пилунский, и сегодня она хранит память о том, кем был ее первый носитель.