Фамилия Пируев — редкий случай, когда основа прозрачна, а суффикс сбивает с толку. Если отбросить окончание -ев, остаётся корень «Пир-». Казалось бы, всё просто: предка могли прозвать Пируем за любовь к застольям, либо он сам был устроителем пиров. Однако в русских фамилиях на -уев обычно скрывается не прозвище, а уменьшительная форма имени. Сравните: Торуев от Тороп, Хоруев от Хор, Маруев от Мар (Мартын). По той же модели Пируев могло образоваться от имени Пир — краткой формы от Пирр (греческое «рыжий, огненный») или от редкого дохристианского имени Пир, означавшего «праздник, гулянье».

Вторая версия — прозвищная. В северных и вятских говорах «пирун» означало гуляку, а «пировать» — не только пить, но и вообще жить широко, не по средствам. Если предок вёл разгульный образ жизни или, наоборот, славился хлебосольством, его могли за глаза назвать Пируем. Суффикс -ев здесь не родовой, а присоединился к основе на мягкий согласный: Пируй → Пируев. Такие фамилии типичны для крестьянского сословия, где прозвища давали по поведению.

Географически фамилия тяготеет к северо-востоку России. В переписях XVII–XVIII веков Пируевы встречаются в Вятской и Пермской губерниях, реже — на Урале. Это подтверждает связь с диалектом: именно в тех краях слово «пирун» было в ходу. В центральных областях фамилия почти не фиксируется, что указывает на локальное происхождение.

Спор между версиями решается просто: имя Пирр в народной среде было редкостью, а вот прозвище Пируй — естественное для крестьянского быта. Поэтому правдоподобнее считать основу прозвищем, а не календарным именем. Фамилия Пируев — не про знатное застолье, а про живую речь, где человека называли по самому яркому качеству: склонности к гулянкам или, напротив, умению собрать гостей.