Фамилия Пискозубов отвечает на вопрос о происхождении предка напрямую: перед нами прозвище, сложенное из двух основ, «писк» и «зуб». Так в старину могли назвать человека с тонким, пронзительным голосом, либо того, кто имел привычку говорить пискляво, «по-мышиному». Вторая часть, «зуб», могла указывать на внешнюю примету — редкие, мелкие или, наоборот, частые и острые зубы, — но чаще она работала как усилитель: прозвище звучало экспрессивно, даже насмешливо, и закреплялось за человеком с цепким, «кусачим» характером.

Модель образования проста и типична для славянской ономастики: прозвище Пискозуб перешло в фамилию через притяжательный суффикс -ов, то есть «сын Пискозуба». Подобные двухосновные прозвища, где соединялись глагол и существительное, встречались у восточных, западных и южных славян, что делает фамилию не уникальным курьёзом, а частью широкой традиции народного словотворчества. Сравните с однокоренными или однотипными фамилиями вроде Грызодубов, Щербаков или Пискунов — все они строились по одному принципу: меткое бытовое наблюдение, ставшее родовым именем.

Интересно, что вторая основа «зуб» в русских прозвищах часто имела не столько анатомический, сколько социальный оттенок. Зуб — символ силы, способности постоять за себя, «дать отпор». Поэтому Пискозубом могли окрестить не только писклявого, но и того, кто при невзрачной внешности или тихом голосе обладал твёрдым характером. Такая двойственность — типичная черта народной иронии, и именно она делает фамилию живым памятником славянской культуры, а не просто биркой для учёта.

Фамилия фиксируется в основном в русских и украинских землях, но точную географию расселения Пискозубовых без генеалогических изысканий назвать сложно. Процесс формирования фамилий не всегда имел привязку к одной местности: прозвище могло возникнуть в одном селе, а закрепиться в другом, куда предок переехал. Поэтому окончательно говорить о времени и месте происхождения фамилии можно лишь на основании серьёзных исследований архивов, метрических книг и ревизских сказок.

Сам носитель фамилии может по праву гордиться ею как ценным источником семейной истории: передаваясь из поколения в поколение, она по сей день хранит память о том, каким увидели предка его современники. И пусть сегодня за фамилией не стоит ни титула, ни громкого герба, её подлинная ценность — в метком народном слове, которое не потеряло выразительности и спустя столетия.