Фамилия Плаченова хранит память о прозвище дальнего предка — Плаченый. В основе, скорее всего, лежит глагол «платать», то есть «чинить, латать одежду, класть заплатки». Так что первая и самая правдоподобная версия — профессиональная: Плаченым могли называть портного или человека, который занимался пошивом и ремонтом одежды. В старину ремесленник нередко получал имя по своему делу, и оно закреплялось за ним прочнее крестильного.

Но у прозвища есть и вторая грань. «Платать» — занятие небогатых людей: чинили и перешивали одежду те, у кого не было средств на обнову. Поэтому не исключено, что именование Плаченый отражало не ремесло, а социальный статус — так могли прозвать человека скромного достатка. Обе версии не противоречат друг другу: портной в деревне часто сам жил бедно, и прозвище могло вобрать оба смысла — и занятие, и положение.

Суффикс -ов в фамилии указывает на типичную восточнославянскую модель притяжательных фамилий: Плаченова — «дочь или жена Плаченого». Такая форма закрепилась за женщиной, но по мужской линии род ведет начало от того самого Плаченого. Само прозвище образовано с суффиксом -ен-, что придает оттенок «подвергшийся действию»: платаный, то есть чиненый, латаный. Это редкий случай, когда фамилия несет не гордое имя или тотем, а будничную, трудовую память о предке.

Созвучие с глаголом «плакать» — ложный след. Если бы прозвище пошло от него, мы бы ждали форму Плакса или Плаксивый. А вот вариант Плаченый устойчиво связывается именно с латанием одежды. В говорах слово «платать» было широко распространено, и однокоренные фамилии встречаются в разных регионах: Платанов, Платонов (не путать с именем Платон), Платашов. Плаченова стоит в этом ряду особняком из-за редкого суффикса, который сохранил живую форму прозвища.

Так что потомок Плаченых может видеть в своей фамилии не просто набор букв, а короткую справку о предке: человек, который умел иглой и ниткой вернуть одежде вторую жизнь, — или тот, кто сам ходил в латаном. В любом случае это имя из народной, ремесленной среды, далекое от книжной торжественности, но близкое к повседневному быту наших предков.