Фамилия Подплетняя — редкий случай, когда формально женская форма фамилии стала основной, а мужской вариант (Подплетний) почти не встречается. Это не опечатка и не ошибка: в русской традиции такие фамилии на -яя бытовали в южных и центральных губерниях, где женская форма прозвища закреплялась за семьей, а не за одной женщиной. Чаще всего так называли вдову или хозяйку дома, чье прозвище переходило на всех домочадцев.

Корень фамилии — «плет-», от глагола «плести». С приставкой «под-» и суффиксом -н- слово «подплетный» могло означать либо то, что находится под плетнем (под изгородью), либо то, что подплетается, добавляется к плетению. В прозвищах XVII–XVIII веков «Подплетня» или «Подплетень» часто давали человеку, который жил у плетня, под плетнем — то есть на окраине, в бедной части села. Но есть и другая версия: в ремесленной среде так могли прозвать подмастерья-плетельщика, который подплетал корзины, лапти или сети — то есть выполнял подсобную, черновую работу при основном мастере.

Суффикс -яя в фамилии — это застывшее окончание прилагательного женского рода, которое в некоторых диалектах стало фамильным. Сравните с фамилиями типа Долгая, Кривая, Белая: они тоже не имеют мужского аналога в современном быту, но исторически обозначали семью по признаку хозяйки. В случае Подплетней это могло быть связано с тем, что родоначальницей была женщина, известная под прозвищем Подплетняя — возможно, вдова плетельщика или женщина, жившая у плетня.

Географически фамилия тяготеет к югу России и Украине: встречается в Воронежской, Ростовской областях, в Краснодарском крае. В центральных и северных регионах она почти не фиксируется, что подтверждает южнорусскую модель образования фамилий от женских прозвищ. В ономастических справочниках (например, у Б. Унбегауна) такие формы относят к «матронимическим» — то есть образованным от имени или прозвища матери, что в крестьянской среде было редкостью и указывало на особое положение женщины в семье.

Споров о происхождении корня немного: «плеть» и «плетень» — слова общеславянские, и обе версии (топографическая и ремесленная) правдоподобны. Но учитывая, что фамилия сохранилась именно в женской форме, скорее всего, первоначальное прозвище относилось к месту жительства или к занятию, а потом закрепилось за вдовой или главой семьи, чья женская форма стала фамильной.