Фамилия Похуистовская (или Похуистовский) — редкий случай, когда основа прозвища настолько прозрачна, что не требует сложных лингвистических реконструкций. Она образована от просторечного, грубого слова «похуист» — человека, демонстративно безразличного к происходящему, пренебрегающего общепринятыми нормами и мнением окружающих. Суффикс -ск- указывает на типичную модель образования польских, украинских, белорусских и русских дворянских (а позднее — семинарских и крестьянских) фамилий. В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые часто означали «сын такого-то», суффикс -ский чаще связывали с местностью или характерным признаком: «похуистовский» буквально — «относящийся к похуисту», «свойственный похуисту».

Ключевой вопрос — социальный контекст. В XIX веке прозвище «Похуист» вряд ли могло возникнуть в крестьянской среде как самоназвание: оно слишком откровенно и нелестно. Скорее, это либо ироничное прозвище, данное односельчанами или сослуживцами человеку с подчеркнуто флегматичным, равнодушным нравом, либо — и эта версия правдоподобнее — фамилия, полученная в духовных училищах и семинариях. Там будущим священникам нередко давали «говорящие» фамилии по латинским или греческим корням, но иногда — и по русским просторечным словам, чтобы подчеркнуть характер или внешность ученика. Семинарист с прозвищем Похуистовский — это либо «трудный» подросток, которого наставники решили заклеймить фамилией на всю жизнь, либо, наоборот, шутка, закрепившаяся в документах.

Словообразовательная модель нестандартна. Если бы фамилия произошла напрямую от прозвища «Похуй» (что маловероятно из-за табуированности корня), мы бы получили Похуев или Похуйкин. Суффикс -ист- в основе (похуист) — уже вторичное образование от существительного «хуй» с помощью книжного, почти научного суффикса -ист. Это придаёт фамилии оттенок искусственности, «кабинетного» происхождения, что дополнительно подтверждает версию о семинарской среде, где любили комбинировать народную лексику с книжными формантами.

Встречаемость фамилии крайне низкая. Она не фиксируется в массовых переписях и справочниках XIX века, что типично для «неприличных» фамилий, которые носители старались сменить при первой возможности. В советское время такие фамилии нередко заменяли в паспортных столах по заявлению владельца. Сегодня Похуистовские могут встречаться в единичных случаях, чаще в изменённом виде (например, Пахустовский, Похвистневский) — как следствие сознательного искажения или ошибок писарей, старавшихся смягчить звучание.

Таким образом, фамилия Похуистовский — не «грязное ругательство», а редкий лингвистический артефакт, скорее всего, искусственно созданный в духовном училище для ученика с вызывающе равнодушным поведением. Она демонстрирует, как в русской ономастике табуированная лексика могла становиться основой для официальной фамилии, пусть и с ироничным или наказательным подтекстом.