Фамилия Полюдовкин — редкий пример, где суффиксальная цепочка длиннее, чем обычно, и это сразу подсказывает, как её расшифровать. В основе лежит прозвище Полюд или Полюда, а далее — типичный путь «прозвище + суффикс принадлежности -ов + уменьшительный суффикс -к(а) + -ин». Получается: Полюд → Полюдов → Полюдовка → Полюдовкин. То есть фамилия образована от женского прозвища Полюдовка, а та, в свою очередь, от мужского Полюд. Если бы сразу отца звали Полюд, мы бы получили Полюдов, а здесь — словно «чей-то сын, чья мать была Полюдовка».

Корень «полюд» в русских говорах многозначен. Самое прямое объяснение — от слова «полюдье»: так в Древней Руси называли объезд князем или его дружиной подвластных земель для сбора дани. Человек, который участвовал в полюдье, мог получить прозвище Полюд — как указание на занятие или на связь с княжеской администрацией. Но есть и другая версия: в диалектах «полюд» означало «приветливый, обходительный», от «люд» — народ. Полюд — тот, кто ладит с людьми. Третья, менее вероятная, — от имени Полюд, которое могло быть вариантом календарного имени Полиевкт (в просторечии Полюд), но это уже натяжка.

Географически фамилия встречается редко, в основном в центральных областях России и на Урале. В документах XVII–XVIII веков можно найти крестьян и посадских людей с основой Полюд, но именно форма Полюдовкин — более поздняя, вероятно, из среды однодворцев или государственных крестьян, где прозвища часто передавались через мать. Суффикс -кин в этом случае не обязательно указывает на вдовство или незаконнорожденность, а просто фиксирует, что предок звался Полюдовкой — возможно, так в деревне называли жену Полюда или дочь Полюда.

Сравнение с однокоренными фамилиями (Полюдов, Полюдин, Полюдкин) показывает, что Полюдовкин — самая редкая и самая «развёрнутая» форма. Если Полюдов — просто «сын Полюда», то Полюдовкин добавляет дополнительную ступень: «сын Полюдовки». Это не ошибка писаря, а сознательная модель, характерная для восточнорусских и сибирских говоров, где прозвища могли удлиняться за счёт уменьшительных суффиксов. Так что предки носителя этой фамилии, скорее всего, жили в среде, где прозвища были не просто метками, а маленькими историями — и в одном слове умещались три поколения.