Происхождение
Фамилия Пушминцева
Фамилия Пушминцева — женская форма фамилии Пушминцев, и, в отличие от многих фамилий на -ов/-ев, её основа заставляет задуматься. С первого взгляда кажется, что корень «пуш» намекает на пушку или пушнину, но это ложный след. На самом деле, наиболее вероятная версия связывает фамилию с прозвищем Пушма или Пушмина, которое давали человеку с пышными, пушистыми волосами или бородой. В русских говорах слово «пушма» означало именно «пух», «пушок», «нечто лёгкое и мягкое». Суффикс -ин- в основе указывает на принадлежность: «чей?» — Пушмин, то есть сын или потомок Пушмы. А финальный -цев — это уже типичный русский патронимический суффикс, который в XVI–XVII веках активно присоединяли к прозвищам и именам на -а/-я, образуя фамилии типа Пушминцев.
Интересна география фамилии. Она не относится к числу широко распространённых, но имеет отчётливую привязку к южнорусским и поволжским регионам. В переписных книгах XVII века встречаются крестьяне и посадские люди с прозвищем Пушма в Тульской и Рязанской губерниях. Это говорит о том, что предки Пушминцевых были, скорее всего, не дворянами, а свободными или крепостными земледельцами, ремесленниками или торговцами. Дворянские роды с такой фамилией не зафиксированы в родословных книгах.
Словообразовательная модель «прозвище + -ин + -цев» — довольно редкая. Обычно фамилии на -инцев образовывались от имён на -иня (например, Гридин — Гридинцев), но здесь основа на -ма, что встречается реже. Если сравнить с однокоренными фамилиями, то Пушминцев стоит в одном ряду с Пушковым, Пушкарёвым, но не по смыслу, а по звучанию: Пушкарёв происходит от профессии, а Пушминцев — от внешней черты. Ещё одна, менее правдоподобная версия, выводит фамилию от топонима Пушма — название реки в Кировской области. Однако в этом случае фамилия звучала бы как Пушминский или Пушманов, а не Пушминцев, так что вариант с прозвищем остаётся основным.
Таким образом, Пушминцева — фамилия, которая хранит память о предке, получившем прозвище за пушистую шевелюру или окладистую бороду. В ней нет ни аристократического блеска, ни громкой истории, но есть живая деталь портрета человека из прошлого.