Фамилия Пустыгин — наглядный пример того, как редкое местное слово может стать основой для прозвища, а затем и фамилии. Вопреки первому впечатлению, её корень «пуст-» не обязательно связан с пустотой или бессодержательностью. Словообразовательная модель проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»), а основа — прозвище Пустыга.

Что же означало это прозвище? В северных и сибирских говорах «пустыгой» называли непутевого, легкомысленного человека, который попусту тратит время. Но есть и другая, более конкретная версия. В архангельских и вологодских диалектах «пустыга» — это пустой колос, то есть растение без зерна. Прозвище могли дать либо нерадивому земледельцу, у которого хлеб не родил, либо, в переносном смысле, человеку, от которого «толку, как от пустого колоса».

Интересна региональная привязка. Фамилия Пустыгин почти не встречается в центральных областях России, но заметна на Урале и в Прикамье. Это наводит на мысль, что корни фамилии — в севернорусской колонизации этих земель. Переселенцы с Севера принесли с собой и диалектное слово, которое закрепилось как прозвище, а затем и фамилия.

В ономастике фамилия Пустыгин стоит в одном ряду с более распространёнными Пустовалов, Пустозёров, Пустоваров — все они образованы от прозвищ, характеризующих человека через метафору пустоты, неполноценности. Однако именно форма на -ыга (как в фамилиях Бобыгин, Лодыгин) выдает диалектное происхождение и, скорее всего, более низкое социальное положение предка — крестьянина или ремесленника, а не служилого человека.

Таким образом, фамилия Пустыгин — не про пустоту, а про конкретный, немного ироничный взгляд на человека со стороны. Предки носителя этой фамилии, скорее всего, были крестьянами из северных или уральских губерний, и их прозвище родилось из бытовой наблюдательности — либо за характером, либо за качеством работы в поле.