Фамилия Пыхонина образована от прозвища Пыхоня, и корень здесь — глагол «пыхать», то есть «дышать сильно, глубоко и скоро, пыхтеть». Так что первое, что слышится в этой фамилии, — тяжелое дыхание, и это не случайно. Прозвище Пыхоня в старину могли дать полному человеку, которому трудно дышать при ходьбе, — он шел и пыхтел, отсюда и пошло.

Но есть и второй смысловой оттенок, который часто упускают. Пыхтеть — это не только про одышку, но и про натужное, упорное усилие. Поэтому Пыхоней могли называть не столько грузного, сколько гордого и заносчивого человека, который «пыхтит» от важности, держится с достоинством и словно несет на себе невидимую ношу. В таком случае прозвище носило не насмешливый, а скорее уважительно-ироничный характер.

Словообразовательная модель проста и типична для русских фамилий: к основе Пыхоня добавили суффикс -ин, который указывает на принадлежность. Пыхонина — буквально «дочь или жена Пыхони», то есть потомок человека по прозвищу Пыхоня. Такая модель была распространена в северных и центральных русских говорах, где прозвища на -ня встречались чаще, чем в южных.

Интересно, что фамилия сохранила архаичную форму: современный носитель скорее сказал бы «Пыхин» или «Пыхов», но вариант с -оня закрепился в документах и остался в неизменном виде. Это делает Пыхонину ценной для историков языка — она фиксирует живую разговорную форму XVIII–XIX веков, которая в устной речи уже почти исчезла.

Сословной привязки у фамилии нет: Пыхоней могли прозвать и крестьянина, и мещанина, и служилого человека. Прозвище было бытовым, а не официальным, поэтому оно легко переходило в фамилию в разных губерниях независимо друг от друга. Скорее всего, существовало несколько независимых очагов возникновения этой фамилии, и современные Пыхонины не обязательно родственники друг другу.

В целом, фамилия Пыхонина — редкий пример того, как одно прозвище совмещает сразу две характеристики: внешнюю (полнота, одышка) и внутреннюю (гордость, важность). Какую из них имел в виду тот самый первый Пыхоня, теперь уже не узнать, но обе версии имеют право на жизнь.