Фамилия Пыртя — редкий случай, когда основа настолько неочевидна, что заставляет задуматься: откуда она взялась? В отличие от большинства русских фамилий на -ов и -ин, которые образованы от имени отца (Иван — Иванов), Пыртя заканчивается на -я, что сразу выдаёт в ней нестандартную модель. Такие фамилии чаще встречаются на западе и юге России, в Белоруссии и на Украине, где суффикс -я мог закреплять прозвище или даже имя в неизменённой форме.

Самый прямой путь — прозвище Пыртя. В русских говорах «пырть» или «пыртя» могло означать человека с резким, порывистым характером, от глагола «пырнуть» (ткнуть, ударить). Прозвище давали либо за драчливость, либо за склонность к внезапным, колким замечаниям. В некоторых диалектах «пыртя» — это ещё и «задира», «забияка». Так что предок носителя фамилии мог быть тем, кто «лезет в бутылку» или «всегда с кулаками».

Есть и другая, менее очевидная версия: Пыртя — это вариант прозвища от «пырять» в значении «бодать» или «толкать». В крестьянской среде такое могли дать пастуху или человеку, который работал с быками и коровами. Но это лишь догадка, подтверждений в словарях пока нет.

В пользу первой гипотезы говорит и то, что в русской ономастике есть однокоренные фамилии — Пыртин, Пыртьев, Пыртюк. Они образованы от той же основы, но с разными суффиксами, что указывает на единый корень «пырт-» с прозвищным значением. Фамилия Пыртя могла закрепиться как есть, без добавления суффикса, что характерно для украинских и белорусских фамилий (например, Шевченко, Коваль, Пыртя). В таком случае её носитель — выходец с территории современной Украины или юга России.

Географически фамилия встречается редко, в основном в единичных записях по Украине и в центральных областях России. Сословной привязки нет: прозвище могло возникнуть в любой среде, но вероятнее всего — среди крестьян или казаков, где меткие и ёмкие прозвища были нормой.

Так что, скорее всего, Пыртя — это фамилия-прозвище, которая родилась из живого разговорного слова и закрепилась за человеком с бойким, колючим нравом. Точной даты возникновения не назвать, но по модели образования она относится к поздним (XVI–XVIII века), когда фамилии массово фиксировались у непривилегированных сословий.