Фамилия Пюро звучит для русского уха необычно, почти экзотично, но на деле она — ровесница многих привычных прозвищных фамилий. В её основе лежит не имя и не профессия, а нарицательное «пюре» — кушанье или приправа из мятых либо протертых овощей или фруктов. Отсюда и прозвище, которое получил человек, либо славившийся искусством повара, либо, что проще и человечнее, большой любитель этого блюда.

Такая модель образования — от бытового слова, без уменьшительных и «украшающих» суффиксов — характерна для прозвищ, которые закреплялись за человеком в тесном кругу: в семье, в деревне, среди соседей. Позже прозвище переходило к детям и внукам, превращаясь в фамилию. Форма Пюро не склоняется по падежам и сохраняет исходный облик, что говорит о сравнительно позднем закреплении: такие «застывшие» варианты чаще встречаются на западе России, в зоне влияния польского и белорусского языков, где подобные окончания не редкость.

Впрочем, не стоит исключать и вторую, более редкую версию: прозвище могло относиться к человеку мягкому, «размазнистому» по характеру, которого в насмешку сравнивали с тем самым блюдом. В народной ономастике такие параллели — от еды к характеру — встречаются постоянно. Но всё же гастрономическая версия выглядит правдоподобнее: поварское мастерство или любовь к сытному кушанью — более конкретный повод для прозвища, чем смутное сходство нрава с консистенцией.

Точных сведений о первых носителях фамилии Пюро и их сословной принадлежности не сохранилось. Можно лишь предположить, что предки были людьми незнатными, из крестьян или мещан, — у дворянских родов редко возникали фамилии от названий еды. Зато такая фамилия хорошо запоминается и отличает своего обладателя от многочисленных Ивановых и Петровых: за ней стоит не генеалогическая легенда, а живая, почти осязаемая картинка — человек у печи или за столом с тарелкой горячего пюре.