Фамилия Рабуха — один из тех случаев, когда внешне простая основа таит в себе несколько возможных объяснений, и без географической привязки определить единственное верное трудно.

Самый прямой путь — от прозвища Рабуха в значении «рябой». В русских говорах слово «рабуха» (или «рябуха») могло обозначать человека со следами оспы на лице, то есть рябого. Словообразовательная модель здесь прозрачна: суффикс -ух(а) образует прозвища по характерному внешнему признаку (ср. толстуха, вертуха). Фамилии на -уха без дополнительного суффикса встречаются нечасто — они обычно оставались в виде прозвища и закреплялись в южнорусских и украинских землях.

Вторая версия ведет к украинскому или белорусскому корню. В этих языках «рабуха» может быть производным от «раб» — то есть «рабыня». Однако здесь важно различие: если фамилия происходит от слова «раб», она скорее имела бы форму Рабов или Рабухин. Форма Рабуха без патронимического суффикса чаще указывает на прямое прозвище, данное по поведению или службе — например, человеку, работавшему на других, «рабскому» по положению. Но это менее вероятно, чем версия с рябым лицом: прозвища по внешности давали гораздо чаще, чем по социальному статусу.

Третья, более спорная гипотеза — от диалектного глагола «рабухать» (стучать, греметь). В этом случае прозвище мог получить шумный, суетливый человек или, наоборот, тот, кто работал с чем-то гремящим (например, кузнец). Однако подтверждений этой версии в ономастических источниках мало, и она уступает первой по правдоподобию.

Географически фамилия Рабуха встречается преимущественно на западе России, в Беларуси и на Украине — в регионах, где суффикс -уха в прозвищах был особенно распространен. В центральных и северных областях России её почти нет, что косвенно подтверждает южное или западнорусское происхождение.

Таким образом, с наибольшей вероятностью Рабуха — это прозвище рябого человека, закрепившееся в виде фамилии без дополнительных суффиксов, что характерно для украинской и белорусской антропонимической традиции.