Фамилия Раппопорт — одна из самых узнаваемых еврейских фамилий ашкеназского мира, и её происхождение необычно даже на фоне пёстрой ономастики восточноевропейского еврейства. Вопреки расхожему мнению, она не образована от названия профессии или личного прозвища, а представляет собой искусственную конструкцию — результат слияния двух разных фамилий, Рапа и Порто. Легенда, подкреплённая геральдикой семьи, гласит, что такое сложение произошло после брачного союза между представителями двух уважаемых родов, носивших эти фамилии. На родовой печати Рапопортов изображена ворона (от средневерхненемецкого Rappe — «ворон») и руки, сложенные в жесте благословения, что напрямую отсылает к первой части фамилии и к священническому статусу семьи.

Первым документально известным предком считается рав Мешулам Куси Рапа а-Коэн-цедек, живший около 1450 года в Рейнской провинции. Уже в этом имени заложены ключевые маркеры рода: «а-Коэн» указывает на принадлежность к священнической династии, а «Куси» — прозвище, которое исследователи связывают с итальянским городом Кьюзи или же с еврейским именем Йекутиель. Важно, что изначально предки носили фамилию Рапа (или Раппа), и лишь позднее, уже в Германии или Италии, к ней добавилась вторая часть — Порто. Сама фамилия Порто, вероятно, имеет итальянские корни и могла означать «гавань» или «порт», что типично для еврейских фамилий, принятых в Италии по месту жительства.

Словообразовательная модель здесь — чистое сложение основ без суффиксов, что для славянских фамилий нетипично, но вполне объяснимо для еврейских фамилий, возникших в немецко-итальянской среде. Подобные «составные» фамилии встречались у евреев нечасто, но именно они давали роду узнаваемость. Например, только в еврейской среде могли появиться такие причудливые немецкие конструкции, как Вейценбаум («пшеничное дерево»), Зауэрштром («кислый поток») или Левенфиш («рыба-лев»). Фамилия Раппопорт стоит в этом ряду, но выделяется тем, что соединяет не просто корни, а целые родовые имена, что делает её уникальной.

Из семьи Раппопорт вышло множество выдающихся раввинов и учёных, и именно религиозная элита обеспечила фамилии устойчивое распространение. В XV веке известен рав Хаим Раппе — палестинский эмиссар и врач, сочетавший духовное служение с медициной. В XVIII веке семья дала целую плеяду крупных религиозных авторитетов. Особого внимания заслуживает рав Хаим бен Симха а-Коэн Рапопорт, служивший раввином в Слуцке и Львове. Он вошёл в историю не только как автор респонсов «Шут Рав Хаим а-Коэн» и «Зехер а-Хаим», но и как участник знаменитого религиозного диспута с франкистами во Львове в 1759 году, который проходил под председательством епископа Микульского. Этот диспут стал поворотным моментом в истории польского еврейства, и участие в нём Рапопорта закрепило за семьёй репутацию защитников традиционного иудаизма.

Его брат, рав Бинйамин бен Симха а-Коэн Рапопорт, проповедовал в Галиции в конце XVIII века и оставил след в еврейской экзегетике. Его перу принадлежат «Гвулот Бинйамин» — новеллы к Пятикнижию и агадическим рассказам Раббы бар Ханы, а также комментарий к Пасхальной агаде. Такое сочетание духовного лидерства и интеллектуального творчества характерно для многих поколений этой семьи, что объясняет, почему фамилия Раппопорт встречается в раввинистической литературе на протяжении нескольких столетий.

География фамилии охватывает Италию, Германию и Польшу, и это не случайно: род, зародившийся в Рейнской провинции, постепенно мигрировал на восток, следуя за центрами еврейской учёности. Варианты написания — Раппопорт, Рапапорт, Ропопорт, иногда с удвоенной «п» — отражают фонетические особенности разных языков, в которых фиксировалась фамилия. В русскоязычной традиции закрепилось написание через двойное «п», хотя в немецких документах чаще встречается Rappaport, а в итальянских — Rappoport. Сама фамилия не имеет отношения к русским ономастическим моделям с суффиксами -ов или -ин, и это сразу отличает её от подавляющего большинства фамилий, с которыми сталкивается русскоязычный читатель.