Фамилия Ребрына — это яркий пример так называемой «внутрисемейной» или «внутриродовой» модели именования, которая редко встречается в официальных документах, но хорошо известна в русской деревне. По своей структуре это типичная фамилия на -ин, образованная от прозвища или имени, оканчивающегося на -а/-я. В данном случае основа — «Ребрына». Но что она означала?

Здесь есть два ключевых пути. Первый: «Ребрына» — это женская форма прозвища Ребрыня. В русских говорах «ребро» часто использовалось в переносном смысле. «Ребрыня» могли прозвать человека худого, «ребристого», то есть очень тощего, костлявого. Второй, более вероятный вариант связан с социальным контекстом. В северных и центральных губерниях России «ребрыной» иногда называли женщину, которая была «ребром» семьи — то есть опорой, кормилицей, главной работницей. Если же речь идет о мужчине-родоначальнике, то прозвище Ребрыня могло означать упрямого, несговорчивого человека (от фразеологизма «упереться ребром»).

Главная особенность фамилии в том, что она образована не напрямую от существительного «ребро» (тогда была бы Ребров), а от более редкой, диалектной или уменьшительно-пренебрежительной формы. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Ребрынин. Со временем окончание стерлось, и фамилия закрепилась как Ребрына. В некоторых регионах, особенно на Урале и в Сибири, такая форма могла быть не женской, а общей — для всей семьи, где прозвище главы звучало как Ребрыня.

Ономастические словари (например, работы Б. Унбегауна) отмечают, что фамилии на -ин от прозвищ на -ыня — явление редкое, но характерное для севернорусского наречия. Встретить Ребрыну сегодня можно в Вологодской, Кировской областях и в Пермском крае. В отличие от массовых Ребровых, эта фамилия сохранила архаичную, «домашнюю» форму, которая не прошла через канцелярскую унификацию XIX века.