Фамилия Реготова хранит память о прозвище дальнего предка — Регот. В его основе лежит глагол «реготать», который, по словарю Владимира Даля, в малороссийских и архангельских говорах означал «хохотать, орать, кричать». Проще говоря, реготать — это громко и заливисто смеяться, хохотать во всё горло.

Прозвище Регот, скорее всего, закрепилось за человеком жизнерадостным и общительным, который часто и заразительно смеялся. Такая характеристика поведения была настолько яркой, что стала основным именованием человека в быту. Не исключено, что прозвище могли дать и за громкий голос, но версия о весёлом нраве выглядит правдоподобнее: в народной культуре смех и задор ценились, а прозвища по характеру были широко распространены.

Словообразовательная модель проста: к основе прозвища Регот добавили типичный русский суффикс -ов-, а затем и окончание женского рода -а. Так образовалась фамилия Реготова, которая отвечает на вопрос «чей?» и означает «дочь или жена Регота». Первоначально так могли назвать жену или вдову, но со временем фамилия закрепилась за целым родом и передавалась уже по мужской линии.

Интересно, что фамилия сохранила диалектное, областное слово, которое в литературном языке не прижилось. Если бы предок жил, скажем, в центральных губерниях, где говорили «хохотать» или «гоготать», фамилия могла бы звучать иначе. А вот архангельское или малороссийское происхождение прозвища указывает на возможные географические корни рода — либо Русский Север, либо южнорусские земли.

В написании фамилии нет ничего необычного: ударение, вероятнее всего, падает на второй слог — Реготова, хотя в некоторых говорах возможен и вариант с ударением на последний слог. В любом случае, фамилия звучит звонко и немного озорно, что вполне соответствует её смыслу.

Потомок человека с прозвищем Регот, получив фамилию Реготова, унаследовал не просто набор букв, а напоминание о том, что его предок был человеком живым, весёлым и, возможно, душой компании. Такие прозвища давали не со зла, а с доброй усмешкой, и они закреплялись за родом на века.